Их жаркий ноябрь

Она с тебя приворот в два счета снимет! Берет многовато за услуги, но помогает! Сразу полегчает, Костя. Говорю, через полчаса как новенький будешь!

Константин подкатил глаза и подавил желание придушить сводную сестру. О чем она говорит? Какая бабка? Он серьезный человек, бизнесмен.

На светофоре притормозил. Снова зеленый цвет резанул по глазам, и стало тошно.

— А что, правда, поможет? И думать о ней больше не буду? — исподлобья взглянул на Нику.

— Кость, ты меня знаешь. Я только услугами профессионалов пользуюсь. Она Бобрика заговорила, он гулять перестал. Знаешь, как? Только поклянись, что никому не расскажешь.

— Клянусь.

— У него член на полшестого сразу становится, как только на другую телку виды начинает иметь.

— Да ладно! — фыркнул Константин.

— Серьезно! Не веришь? Она заговорила его плавки, я подсунула плавки ему под матрас, и теперь Бобрик у меня под каблуком. Ни шагу налево.

Константин представил голого Боброва с печальным взглядом и поникшим органом, рядом слегка озадаченную блондинистую проститутку, и громко расхохотался.

— Едем, Костя, — уверенно посмотрела на брата Ника. — Спасем тебя от приворота.

Он взглянул на пожухлую листву, обреченно вздохнул и повел машину на разворот. «Неужели Анна и правда меня приворожила?.. Но ведь не сходится тогда одна деталь. Она сама меня бросила. Впрочем, чем черт не шутит, пусть бабка поработает. Авось отшепчет».

Ника принялась быстро набирать смски в своем навороченном айфоне.

— Я написала, что мы ей хорошо заплатим, если примет сразу, — с энтузиазмом тараторила сестра. — Давай, поднажми, у нее как раз перерыв.

— А она, наверное, и налоги платит, раз у нее полный рабочий день?

— Кость, ну ты, как скажешь еще. Какие налоги? — фыркнула Ника.

Через пятнадцать минут темно-серый «БМВ» притормозил в каком-то заброшенном дворе.

Обшарпанный подъезд, вонь, потрескавшиеся стены старого жилья.

Хозяйка запущенной квартиры встретила Нику с распростертыми объятиями. Видно было, что частенько сестра услугами нехорошими пользуется. Предложила чаю, да Константин отказался. Неизвестно, что бабуля надумает в чай подсыпать.

Настоящая бабка-знахарка — на голове платок, платье длинное, до пола. На маленькой кухне веники из трав сушатся, в продавленном кресле в гостиной спит черный кот.

— Проходите, Константин Владимирович, присаживайтесь, — заискивающе улыбнулась знахарка. — Меня Авдотьей зовут.

И он вдруг понял, что не такая она уж и старая. И пятидесяти нет, точно.

Не желая особо прикасаться к чужой мебели, присел напротив нее за стол.

Сестра плюхнулась на потертый диван и принялась приставать к коту.

— Ника написала, что приворожили вас? Немудрено, Константин Владимирович. Такого мужчину грех не приворожить. Да только у нас на все отворот есть.