Их жаркий ноябрь

И мой спутник — мрачный, властный — он идеально вписывался в эту картину.

Константин коснулся пальцами моих губ и усмехнулся. Мы не говорили, но в тот момент слова были ни к чему.

Он склонился ко мне, коснулся нежным поцелуем моих губ. Сейчас его губы не подчиняли. Они ласкали — осторожно, мягко — и от этого кружилась голова.

— Знаешь, пожалуй, мне пора домой, — внезапно очнулась от наваждения я.

— Я отвезу тебя, Аня, — непонимающе взглянул на меня Константин. — А завтра подпишешь контракт, и можешь приступать к работе.

Я вздрогнула, как от пощечины.

— Нет, Костя. Я не буду работать в той роли, которую ты придумал. Извини. Это не для меня.

— Ань, ну что за глупости? — сжал мои руки он. — Нам же хорошо вместе.

— Вот именно, хорошо. Есть вещи, которые бесценны. Нельзя переводить их в условия контракта.

Он угрюмо взглянул на меня.

— Зачем ты все усложняешь?..

— Не смогу, прости.

— Но почему?!

— Не понимаешь?! Ты становишься слишком нужным! Я из головы тебя выбросить не могу!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Аня, в моей жизни не может быть никаких отношений! Пойми, так лучше для всех. Подпишешь контракт, и я позабочусь о том, чтобы вы с девочкой ни в чем не нуждались.

Я вдруг заметила, что у обочины дороги притормозило такси. Решение пришло мгновенно.

— Стойте! — я бросилась вперед, через лужи. — Подождите…

— Аня! — растерянно крикнул Константин.

— Забудь, Костя! Меня забудь!

Обернулась лишь на мгновение, а потом нырнула на заднее сидение и попросила:

— Поехали, пожалуйста… только быстрее… мне до Краснодара. Заплачу картой.

Водитель оказался понятливым, и такси тронулось с места.

Константин остался стоять в клубах тумана, а я вжалась в сидение и закусила губу, чтобы не расплакаться.

Глава 20"

"Утро. Мрачное, серое. Дует промозглый ветер. Он подхватывает желтые листья и кружит их в воздухе. Так холодно, что я дрожу в своем драповом пальто. Бегу к стоянке, забрать свою машину. Я отправляюсь в Ростов, подавать документы на развод. Я бы могла сделать это онлайн, но мне хочется посмотреть в глаза тем людям, которые будут принимать у меня документы.

Места в садике для Евы пока не нашлось, и ее пришлось оставить с моей мамой. Да, мама со мной не разговаривает уже второй день. А все от того, что я пропала в объятиях Константина и чуть не свела всех с ума своим поступком.

«После того, как тебя избили, что мы должны были думать?! — кричала мама в ту ночь, когда я вернулась.