Их пленница (СИ)

Может быть чуть-чуть, под утро, когда я стояла в сумраке и прохладе ночи на поляне, где Кирилл и Руслан хоронили нашего ребенка, а на востоке светлело небо. Может быть, тогда немножко было.

Ненавижу рассветы.

Я отбила руку, когда Руслан подошел, чтобы обнять меня. Он хотел положить ладонь мне на лицо, а от нее пахло сырой землей и гнилыми яблоками, на кожу налипли частицы влажной почвы.

Я оттолкнула руку и убежала в темноту. Наверное, мальчики думали, что я отойду, что рано или поздно успокоюсь. Ведь жизнь должна продолжаться. Только я не смогла. Той ночью я бродила по сосновому лесу и чувствовала себя такой одинокой, как никогда в жизни. Я отчетливо поняла — двое, это никого. Двое лучших, с моей точки зрения, мужчин были со мной. Я их любила. Они любили меня — так сильно, что мало какая женщина о себе такое скажет.

Но счастье застраховать нельзя. Иногда происходит то, что навсегда его отнимает. От этого нельзя защититься, но можно надеяться, что это не случится с тобой. А когда все-таки случается, ты утрачиваешь веру в чудо.

Вот и я ее утратила. Веру в безоблачное счастье, их любовь, наше будущее.

Их было двое, но ни одного не оказалось рядом, когда это было нужно, чтобы спасти мою дочь. Часть моей души умерла в ту ночь. Я поняла, чего стоит этот сраный мир.

Я даже гроша за него не дам.

Любви втроем не бывает. Сомневаюсь, что она бывает и вдвоем.

Глава 19

Мою дочь похоронили под яблоней.

Я хотела дать ей имя, но Рус сказал, что мертвым имя не нужно — они его не услышат. Мы хоронили ее безымянной.

Я стояла на том же месте, где когда-то подбирала яблоки, а парни разрыли землю руками и положили тельце, завернутое в одеяльце в ямку. Я рыдала, хрипло, без слез, и просила, чтобы они проверили — точно ли она умерла. Вера в чудо еще не ослабла.

Они аккуратно сгребли рыхлую землю обратно в ямку.

Не помню, о чем я думала. Меня шатало, казалось, лес плывет. Хоровод деревьев медленно двигался вокруг, я дышала влажным лесным воздухом, и мне хотелось выть. Кажется, из меня еще текла кровь и пачкала ноги. Не помню. Помню, как Руслан подошел ко мне, а я отбила руку…

Я убежала от них в лес и выбралась на дорогу и только там ощутила влагу на щеках. Только на рассвете начала плакать. Кутаясь в огромную куртку, потому что собирались мы второпях и Зверь надел на меня свою, я побрела по дороге в город.

Многое осталось в тумане. Меня подвез дальнобойщик, как-то я добралась до дома. Ключа не было — мне открыла тетя, охнула и побежала за запасными. Она не задавала вопросов. Я кошмарно выглядела, но она ни о чем не спросила. Потому что я вернулась домой после похищения — мы впервые увиделись с тех пор, как Зверь кинул меня в свою машину. Не знаю, что она надумала. Правды она не знает. Пусть ее.