Их любимая (СИ)

Дима забрался ко мне под одеяло и притянул к себе, грубо, не боясь потревожить сон.

- Спишь? - шепнул, и в шею мне ударили пары спиртного.

- Нет. Где был? - заворочалась в его руках, повернулась к нему лицом.

- В ресторане внизу.

- Что делал?

Он ухмыльнулся.

Он пьян.

- Паршивый денек был, - протянул Дима. В полумраке его глаза поблескивают, как черные неживые пуговицы. Он смотрит на меня. И крепко держит, не давая отстраниться. - Рассказывай.

- Про что? - спросила тем же мрачным тоном.

- Ты поняла.

Молчание, и душно как-то, под потолком мерно гудит кондиционер, а мне жарко от рук мужа, что прижимают к его горячему телу.

- Что ты хочешь знать? - попыталась отодвинуться и затихла, когда Дима стиснул меня сильнее.

- Сколько у тебя было мужчин до меня?

От его прямого вопроса щеки кипятком запекло, это всегда неловко, такие интимные темы.

Там более, когда муж так смотрит, словно приговор выносит.

- А у тебя сколько было женщин? - злость взяла. Дернулась снова, сбрасывая с талии его сильную руку."

"- Наш сын имеет какое-то отношение к той семье? - Дима поднялся на локте и навис надо мной.

В упор уставился.

Догадывается...

Боже.

И что мне ответить.

Я столько времени забыть пыталась, как они умудряются снова все рушить, одной только встречей довести нас до унизительного допроса.

- Никакого отношения, - отрезала. - Все?

- Помнишь, о чем мы договаривались? - муж медленно, задумчиво убрал прядку волос, упавшую мне на щеку. - Не врать.

- Помню.

- Значит, не врешь?

Покачала головой.

У меня не было времени подумать. Подготовиться. Даже в мыслях никогда не прокручивала этого разговора.

Соврала под порывом каким-то, чтобы не вспоминать, не ворошить, не возвращаться.

И это было ошибкой.

Глава 15

Глава 15

Тим

Семейные посиделки обычно пораньше заканчиваются.

Ужин - и все, у всех свои дела, даже в выходные.

Но сегодня мы торчим у матери до ночи.

Жена давно домой просится, а я тяну. Вижу, что и Арес тянет, у него в запасе немеренно тем для разговора с отцом Риты.

Один Севастиан свалить хочет и с тоской смотрит на часы. Но сидит, нас дожидается.

Этот разговор между нами должен когда-то состояться. Избежать выяснений могли в одном случае - если бы Стрелецкая никогда не вернулась.

И то.

Я сам собирался в Грецию.

Давал себе срок в семь лет - счастливое число, чтобы стать счастливым.

Не вышло.

Вывод: я что-то делаю не так.

Сегодня мне дала шанс сама судьба. И во второй раз я его не упущу.

- Ладно, поедем мы, - поднялся к радости Юльки. Забрал пустые бутылки. Зашёл в кухню к маме и остолбенел, уставился на стопку вымытых сверкающих тарелок и стаканов.

- Гела, - позвал. - Всю посуду уже помыла?

- Долго ли умеючи, - мама усмехнулась. Обернулась ко мне с улыбкой. - Не поверишь, Тим. Успокаивает. Как медитация. Стою себе, вода шумит.

- Угу.

Кровь у меня тоже шумит.

Опоздал.