Пороки и их поклонники

Просто так, рисунки старого друга или что он там придумал… А чтобы не было подозрительно, попросил десять тысяч долларов на старость. Отличный план. Добромир начинает обхаживать Лизавету, а Гаврила Романович наступает с другого направления. Елена Тихоновна набивается постоянно делать уколы. Носит Лизавете книжки. Детективы, романчики любовные, прочую ерунду. Наконец под большим секретом она приносит книгу “о таинствах”. Лизавета вполне подготовлена Добромиром, и вообще она со странностями. Всякие тайны, ритуалы, черные силы ей страшно нравятся. Гаврила Романович, кстати, тонкий психолог.

– Это точно, – пробормотала Маша, маясь над своим стаканом с минеральной водой.

– Потом, в точности по книге, является нож. Ну, круг и колебание материи Лизавета сама изобрела. Впрочем, колебания там, по-моему, описывались. Но колебания придумал не Гаврила Романович, а строители с отбойным молотком.

– А зачем он… подсунул ей нож?

– Я думаю, что подсунула его Елена Тихоновна, а не он. И опять все совпадает. Говорю же, что я кретин. Кто был вхож в дом? Никто. Никаких сектантов, пока она была жива, в квартире сроду не водилось! Значит, или ты, или Елена Тихоновна, или Гурий Матвеевич, который всем таскает журналы. Скорее Елена Тихоновна, потому что наш вахтер вряд ли сидел у Лизаветы в спальне.

– Но… зачем?! Зачем нож?

– Затем, чтобы она готовилась к смерти и знала, что скоро непременно умрет. Чтобы с завещанием не тянула. Гаврила Романович уверен, что завещание будет в пользу Добромира.

– То, что ты говоришь, ужасно.

– Ужасно, – согласился Архипов. – Кроме того, затем, чтобы она всем раззвонила про нож, затмение небес и кровавый дождь. Чтобы все в очередной раз убедились, что она ненормальная, и не удивлялись бы ничему – например, завещанию в пользу секты. Кстати, она всем и раззвонила. Мне, например. И я тогда подумал, что она совершенно полоумная!

– А… второй нож зачем?

– Для тебя! А цель все та же – напугать и заставить верить в собственную смерть, которая вот-вот нагрянет. Он Лизавету на лестнице напугал, чтобы она уж окончательно убедилась. И тебя он тоже пугал. И еще он понимал, что, если что-то пойдет не так и где-то всплывет этот нож, подозрение первым делом падет на секту, а никак не на него, здравомыслящего и вменяемого соседа! Он тебя навешал, он знал, что ты не в спальне спишь, а на диване в гостиной. Правильно?

– Да, – согласилась Маша. – Правильно.

– И тут вдруг грянуло завещание Лизаветы, и в дело оказался замешан я! Добромир продолжал гнуть свое – ему нужна квартира, а ты его еще послала с его… нежными чувствами. Он взбеленился, конечно, хоть и “просветленный и посвященный”. А Гаврила Романович запаниковал. И напрасно.

– Почему?

– Потому что Маслов Евгений Иванович оказался умнее Добромира.