Их безумие

Не так, как до этого, нежно и неторопливо, словно она - главная драгоценность в его жизни, а так, как раньше, грубо, жестоко, ничего не отдавая, только забирая, до конца, до самого последнего дыхания, движения, эмоции. И этот грубый насильственный поцелуй словно отбрасывает ее в те времена, когда Уокер забирался каждую ночь к ней в окно, и, не спрашивая разрешения, просто брал ее так, как ему хотелось.

И это воспоминание, которое в любой другой ситуации только бы испортило настроение, сейчас вызывает мощный неконтролируемый отклик во всем теле, настолько сильный, что Керри не выдерживает, стонет жалобно, выпрашивая большего. Скользя руками вниз, по сухому поджарому телу, пытаясь стащить вниз джинсы, и раздвигая ноги с готовностью. И понимая, что если он вот прямо сейчас не возьмет ее, она просто свихнется.

Но Уокер резко перехватывает ее пальцы на полпути к своей ширинке, усмехается жестоко и зло:

- Что, вину загладить хочешь? Нихераааа...

И, не слушая возражений Керри, переворачивает ее на диванчике, сдергивает вниз трусики и сует под животик подушку, так, что зад заманчиво приподнимается."

"Пару секунд смотрит на открывшуюся картину, а потом... Шлепает! Больно! Прямо по попе! Оставляя красный след от ладони. Керри ойкает и пытается повернуть голову, поймать взгляд, опять торопливо что-то говоря, но Рэй прерывает ее. Еще одним ударом. И еще. Керри больше не пытается что-то возражать, только взвизгивает... И, неожиданно для себя, стонет. С выдохом, мучительно, инстинктивно еще сильнее выгибаясь в пояснице и приподнимая попку.

И Рэй, похоже, не выдерживает все-таки. Потому что Керри слышит замысловатое ругательство, а потом грубые ладони дергают ее еще выше, и через мгновение она уже вскрикивает по-другому, от острой, так необходимой сейчас, в эту конкретную минуту наполненности. Рэй замирает, осознавая, похоже, что она более чем готова, и Керри ему никогда не скажет, что мокрая она стала буквально сразу же. После первого же шлепка на нежной коже. Никогда не скажет, потому что это ужас-ужас. Извращение и стыд.

И, тем более, Рэю не надо ничего говорить. Во всем, что касается их секса, он поразительно догадлив. И сейчас он тоже знает, как себя вести. Как двигаться, чтоб каждым толчком у нее выбивать стон, как держать, чтоб грубо и одновременно заводяще, что говорить, каким голосом. Это не просчитывается. Это на интуиции. Ну, или они просто настолько подходят друг другу в постели, что можно делать все, что угодно, и это будет в удовольствие.

Керри пока что не может об этом думать. Она вообще ни о чем не может думать, особенно, когда Рэй прихватывает ее за волосы и тянет на себя, изгибая поясницу и проводя пальцами другой руки по тонким позвонкам. Он уже успокоился, он уже двигается медленней, но глубже. И это тоже хорошо.