Голодные игры. И вспыхнет пламя. Сойка-пересмешница

– Я буду стрелять не в Пита, – отвечаю я громко и четко, чтобы слышали все. – Пита больше нет. Джоанна права. Я пристрелю капитолийского переродка.

Слова легко слетают с языка. Мне хочется сказать о нем что-нибудь гадкое после всех унижений, которые я перенесла с тех пор, как он вернулся.

– Что ж, это замечание также не в твою пользу, – говорит Джексон.

– Включите ее в график, – слышу я Боггса у себя за спиной.

Джексон качает головой, но делает пометку в блокноте.

– С полуночи до четырех. В паре со мной.

Раздается сигнал к ужину, и мы с Гейлом становимся в очередь перед полевой кухней.

– Хочешь, чтобы я его убил? – без обиняков спрашивает он."

"– Тогда нас точно отошлют обратно, – говорю я. Несмотря на мою ярость, жестокость Гейла меня пугает. – Я сумею с ним справиться.

– В смысле, пока не смоешься отсюда? С картой и голографом, если сумеешь раздобыть?

Значит, мои приготовления не ускользнули от Гейла. Надеюсь, для остальных они были не столь очевидны. Все-таки Гейл знает меня лучше всех.

– Ты же не сбежишь без меня, верно? – спрашивает Гейл.

Именно так я и собиралась поступить. Однако иметь с собой давнего напарника, который в случае чего прикроет тебе спину, кажется, не такая уж плохая идея.

– Как твой товарищ по оружию настоятельно рекомендую тебе оставаться со своим отделением. Но заставить я тебя не могу, верно?

Гейл усмехается.

– Это точно. Если, конечно, не хочешь, чтобы я поставил на уши всю армию.

Получив еду, отделение 451 вместе со съемочной группой усаживается в круг ужинать. Я чувствую некоторую натянутость и сначала думаю, что причина в Пите, однако к концу ужина замечаю все больше недружелюбных взглядов, направленных в мою сторону. Удивительно быстрая перемена. Когда Пит появился, всех волновало лишь то, насколько он опасен. Прежде всего, для меня. Но лишь звонок Хеймитча открывает мне глаза.

– Чего ты добиваешься? – напускается он на меня. – Хочешь его спровоцировать?

– Чепуха. Я хочу только, чтобы он оставил меня в покое!

– Он не может оставить тебя в покое! После того, что с ним сделали в Капитолии, – говорит Хеймитч. – Возможно, Койн послала его к вам, чтобы он тебя убил, но Пит этого не знает. Он не осознает, что с ним произошло. Ты не можешь винить его…

– Я и не виню!

– Нет, ты винишь! Ты снова и снова наказываешь его за то, что ему неподвластно. Да, ты должна быть с ним настороже. День и ночь не выпускать из рук оружия. Но попробуй представить себя на его месте. Что, если бы Капитолий взял тебя в плен, охморил, а потом прислал убить Пита? Думаешь, он вел бы себя так же, как ты сейчас?

Я молчу. Нет. Ни в коем случае Пит не стал бы себя так вести. Он любой ценой пытался бы вернуть меня прежнюю. Не поставил бы на мне крест, не бросил, не стал бы меня оскорблять.