Голодные игры. И вспыхнет пламя. Сойка-пересмешница

Интересно, какой он длины? Должно быть, в несколько миль. Но я не задаю вопросов. Бити наверняка горюет о Вайресс.

У него, как у Финника и Джоанны, одинаково скорбные лица. Все трое лишились напарников. Подхожу к Питу и обвиваю его за шею руками. Какое-то время мы просто стоим в молчании.

– Треклятый остров. Уходим отсюда, – бросает Джоанна.

Проверяем оружие, львиную долю которого нам удалось сохранить. К счастью, лианы здесь крепкие: трубка и мазь все еще приторочены к моему поясу. Сняв майку, Одэйр перевязывает раненое бедро. След от ножа неглубокий. Бити соглашается идти самостоятельно, только не очень спешить, и я помогаю ему подняться. Мы решаем вернуться на пляж, на двенадцатичасовой участок, чтобы спокойно несколько часов отдохнуть, держась подальше от ядовитых испарений. Все соглашаются – и устремляются в трех разных направлениях.

– Погодите-ка, – произносит Пит. – Рог указывал узким концом на двенадцать.

– До того, как нас раскрутили, – говорит Финник. – Лично я смотрел по солнцу.

– Солнце всего лишь подсказывает, что скоро четыре часа, – подаю голос я.

– Думаю, Китнисс хотела сказать: знать время – еще не значит понимать, где на циферблате написана цифра «четыре», – объясняет Бити. – Дело в том, что кольцо джунглей могли точно так же сдвинуть с места.

Вообще-то, я и не думала выводить настолько сложную теорию, однако согласно киваю: дескать, именно это и пришло мне в голову. И развожу руками:

– То есть любая из этих дорожек может вести к двенадцатичасовому сектору.

Мы кружим по островку и всматриваемся в джунгли. Заросли выглядят до обидного однообразно. Я вспоминаю высокое дерево, в которое ударяет первая молния. Оказывается, его точные двойники торчат на каждом участке. Джоанна предлагает пойти по следам Энорабии и Брута, но их давно сдуло ветром или же смыло волнами. Разобраться, где что, нет никакой возможности.

– Лучше бы я молчала про эти часы, – с горечью вырывается у меня. – Теперь нас лишили и этого преимущества.

– Только на время, – вставляет Бити. – В десять придет волна, и мы снова сориентируемся.

– Да, не могли же они переделать арену, – подхватывает мой напарник.

– Какая разница, – отмахивается Джоанна. – Ты должна была нам сказать, иначе с самого начала никто бы не сдвинулся с места, дурочка.

Забавно. Ее рассудительный, хотя и грубый ответ – единственное, что меня утешает. Да, я обязана была рассказать, чтобы убедить их сменить место лагеря.

– Ну ладно, пошли, пить хочется, – продолжает она. – Никому из вас внутренний голос ничего не подсказывает?

Выбираем тропу наугад и шагаем вперед, не имея понятия о направлении. Приблизившись к зарослям, опасливо вглядываемся: что может нас тут ожидать?

– По-моему, это участок обезьян, – заявляет Пит.