Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Красный нос пьяницы и покрасневшие тяжелые веки дополняли в общем-то ничем не примечательную физиономию.

Когда они пришли к дому на улице Бельшас, выяснилось, что маркиза не было дома, и небольшая толпа, шедшая за Анной-Лаурой от площади Сен-Сюльпис, разочарованная и ворчащая, лениво разошлась. Остались лишь несколько женщин, двое мужчин и водонос, к которому Анна-Лаура и обратилась с взволнованными словами благодарности. Тот только отмахнулся. Но прежде чем уйти, мужчина снял кокарду со своей вылинявшей фетровой шляпы и протянул ее молодой женщине.

— Напоследок один добрый совет, гражданка. Если ты не хочешь неприятностей на свою голову, не выходи на улицу без этого! И больше никаких кабриолетов, тем более что твой уже спалили. И вообще появляйся на улицах как можно реже — целее будешь.

Анна-Лаура, оправившаяся от страха, внимательно вслушивалась в слова своего спасителя. Только что перед толпой его голос звучал резко и пронзительно, а теперь был мягче и мелодичнее. И в этом голосе была какая-то магия, несмотря на простонародный говор. Он сумел усмирить разъяренную толпу и спасти Анну-Лауру, к тому же сумел уцелеть и сам.

Госпожа де Понталек обратилась к Урсуле — кухарке, поспешившей на помощь своей хозяйке.

— Вы ведь знаете этого человека, Урсула? Он утверждает, что носит в наш дом воду. Его зовут Жонас Мерлю, так ведь, Урсула?

Женщина пристально посмотрела вслед удалявшейся фигуре.

— Ничего подобного! Я его никогда прежде не видела… — она с сомнением покачала головой.

Глава 3

10 АВГУСТА 1792 ГОДА

В полночь тревожный гул набата разбудил Париж…

В городе уже несколько недель не звонили колокола. Первым тишину нарушил колокол монастыря Ордена францисканцев, за ним зазвонили в церкви Сент-Андре-деэ-Ар, в предместье Сент-Антуан, в Гравилье, Ломбаре и Моконсее. Молчал только колокол в Сент-Жермен-л'Оксерруа, когда-то давший сигнал к началу Варфоломеевской ночи. Поэтому он и не подавал голоса — эта ночь по злому умыслу должна была стать повторением той страшной резни…

Потом заговорили барабаны. Они возвестили общий сбор. А ночь 9 августа была красивой, теплой, удивительно звездной. Париж сиял всеми огнями, освещенный, как в праздник, окружая светящимся ореолом темный дворец Тюильри и его сады. Там горели только несколько наружных светильников, и все здание казалось огромным и загадочным животным.

Несколькими часами раньше Жосс де Понталек привез в Тюильри Анну-Лауру под предлогом того, что он не желает волноваться о ее судьбе в то время, когда он будет защищать жизнь своего короля и его семью. Было известно, что надвигаются решающие события и без схватки не обойдется.