Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Эта женщина любила делать много шума из ничего! В довершение всего принцессе было совершенно непонятно, почему этой даме разрешили взять с собой сына и горничную, в то время как рядом с ней не было никакой прислуги! Но в этом путешествии и так было много чего странного! Однако долго она об этом не размышляла, а предпочла заснуть, поскольку уже в который раз опять не получится пойти к полуночной рождественской службе, а ведь некогда она была такой красивой!"

"А вот Лауре довелось побыть на службе в Базельском соборе неподалеку от гостиницы «Соваж», где она встречалась с Филиппом Шарром. Швейцарец понравился ей с первой же минуты: блондин лет тридцати, крепкого телосложения, с открытым лицом и прямым, вызывающим доверие взглядом голубых глаз. Он успокоил ее: все должно получиться наилучшим образом! Но Лаура все же долго молилась под старыми сводами собора под звуки органа и изысканное пение церковного хора, прося господа помочь ей в ее начинаниях…

Наутро детишки хозяев гостиницы принесли цветы красивой принцессе, о чьем отъезде все уже так сожалели. Они спели для нее рождественскую песенку по-французски, и Мария-Терезия прослезилась, потому что младший мальчик слегка напоминал дофина.

Затем она приняла первого секретаря французского консульства в Базеле господина де Баше, который заверил, что все подготовлено как следует, и предложил свои услуги. Однако, когда Мария-Терезия захотела выйти на улицу, ей ответили, что это невозможно. Она не должна покидать отель до часа, на который назначена ее выдача австриякам.

После полудня произошло новое событие: прибыла вторая карета. В ней находились огромные баулы с приданым, заказанным Директорией, чтобы принцесса не ударила в грязь лицом перед австрийским двором. И Директория не поскупилась: на целых девять миллионов нашили платьев из расшитого золотом органди[74], из белого сатина, розового бархата, из вышитого льна, шелкового муара; все это дополняли многочисленные кружева, меха, белье, ленты, перчатки и масса прочих пустяков, необходимых утонченной даме.

Но когда суетившийся Баше приказал показать приданое принцессе, она передала через мадам де Суси, что она в нем не нуждается. Мадам была благодарна правительству Республики, но от приданого отказывалась. Тем не менее поскольку она испытывала недостаток во многих вещах, то просила прислать к ней модистку. И к ней из Базеля, уведомленная Баше, срочно направилась некая мадам Серини с огромным количеством коробок и узлов. Мария-Терезия отобрала совсем немного: большую накидку, теплое платье, шляпу и несколько чепцов, которые предполагала раздать до приезда в Австрию дамам из ее свиты. Однако ей нечем было платить, и она не скрывала этого. Пришлось заплатить несколько удивленному месье Баше.