Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

— Кто ты такой? — с неожиданной грубостью спросил он.

— Ты знаешь, кто я. Я священник, принесший клятву верности новым властям, пария среди моих собратьев, но друг Левенеров и твоих сестер. Я такой же нормандец, как и ты.

— И ты хочешь убедить меня, что какой-то нищий аббат располагает средствами, чтобы осуществить этот непростой план?

— Одному мне это не под силу. А с твоей помощью я смогу многое.

— И что же тебе понадобится?

— Чтобы Коммуна отозвала Симона из Тампля, назначив его на более почетную должность.

— Какой бы почетной ни была новая должность, она никогда не принесет Симону столько денег, сколько дает ему и его жене присмотр за… ребенком. Он не согласится.

Аббат удовлетворенно отметил про себя, что Эбер не назвал мальчика ни «Капетом», ни «волчонком». Это был хороший знак.

— Приказы не обсуждают, — заметил старик. — И потом жена Симона больна, она растолстела, пребывание в четырех стенах не пошло ей на пользу. А Симон любит свою жену… Да и финансовый вопрос можно уладить.

Эбер открыл бутылку, принесенную аббатом, понюхал содержимое, разлил водку в два стакана и со вздохом сказал:

— Даже если все это получится, ты забываешь об одном. Как только ребенок покинет Тампль, начнется настоящий кошмар. Все силы полиции и жандармерии будут брошены на его поиски.

— Но никто не заметит его отсутствия, — мягко возразил аббат. — Другой мальчик, похожий на него, займет его место. Когда же заметят подмену, Людовик будет уже далеко. И меня очень удивит, если те, кто его охраняет, станут кричать на всех углах о том, что у них украли заключенного. Ведь тогда они сами подпишут себе смертный приговор. Я не сомневаюсь, что они сделают все возможное, чтобы скрыть этот побег.

— Отлично придумано! — одобрил Эбер, подвигая один из стаканов своему гостю. — Но где ты найдешь другого мальчишку?

— Мы его уже нашли, и сейчас парнишку готовят к новой роли. Ты будешь смеяться, но это настоящий нормандец!"

"Мужчины чокнулись, глядя друг другу в глаза, и залпом выпили огненный напиток.

Глава XIII

«ГОСПОДА! ЗА ЗДОРОВЬЕ КОРОЛЯ!»

— Здесь плохой свет! — проворчал Давид, отбрасывая в сторону альбом и карандаш, которым он делал новый набросок для портрета Лауры. — У меня ничего не выйдет!

— Сомневаюсь, что в вашей мастерской светит другое солнце, — с иронией заметила молодая женщина. — Сейчас январь — грустный, серый, холодный месяц. Дождитесь весны. Ведь нам некуда спешить…

— Я все время боюсь услышать от вас, что вы собрались вернуться в Америку. И поверьте мне, в моей мастерской на самом деле больше света. Ну почему вы не хотите туда вернуться?

— В последнее время я почти не выхожу на улицу. В такую дурную погоду гораздо приятнее сидеть дома.

— Я заеду за вами в карете и отвезу вас.