Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

— Я постараюсь найти барона.

Дом Кортея стоял на углу, к нему примыкал магазин и небольшой пансион для престарелых. Именно через него и можно было выйти на другую улицу. Взяв свечу, Мари-Роза подтолкнула Питу к лестнице, и он не стал медлить.

Питу помнил, что, когда накануне они с бароном прощались в кафе «Корацца», тот сказал, что собирается «отдохнуть душой» в Шаронне. Но Питу не хотел уходить до того, как кончится обыск в доме Кортея. Оказавшись на улице, он вернулся окольным путем к дому и спрятался в чужом парадном, откуда было все отлично видно.

Через некоторое время у него не осталось никаких сомнений в том, что дом обыскивают очень тщательно. Солдаты Национальной гвардии и политические комиссары суетились под насмешливым взглядом хозяина, которого Питу видел в окне. Кортей невозмутимо курил трубку, следя за тщетными попытками найти то, чего не было. Все происходящее сопровождалось громкими причитаниями Мари-Розы, которые привлекли внимание соседей. Вскоре у дверей дома собралась толпа, и это позволило Питу подойти поближе. Призывая весь квартал в свидетели, Мари-Роза спустилась вниз и присоединилась к соседкам. Она с возмущением рассказывала, что вояки из секции, помешали ее хозяину ужинать.

— Я как раз приготовила бланманже, которое он так любит, а они пришли и все перевернули вверх дном. Мне теперь неделю придется расставлять все по местам! А сколько всего перебили! И все ради чего?

Люди Лафосса и Верня разбудили обитателей пансиона, перевернули все матрасы, заглянули во все шкафы и под кровати, но так ничего и не нашли. Кортея в сопровождении четырех человек отправили в секцию для допроса, но Мари-Розу оставили в покое: ее окружили соседки и не давали солдатам к ней подойти. Не обращая внимания на горстку любопытных, комиссары стали совещаться прямо на улице.

— Да будь она проклята! — рявкнул Вернь. — Нам нужен Бац, а не эта фурия!

— Так его здесь нет, — заметил Лафосс. — И что нам теперь делать?

— Придется прогуляться. Гражданин Майяр говорил о загородном доме его подружки, актрисы Гранмезон.

— Идти в деревню? — простонал один из солдат, у которого, видимо, болели ноги. — Но куда?

— В Шаронну… Это недалеко.

— Да неужели? А тебе известно, который час?

— Для отважных солдат время не имеет значения! Прекрати, Лоньон! Или ты идешь вместе со всеми, или я сообщу в секцию, что ты заодно с заговорщиками!

Угроза прозвучала недвусмысленно, и Лоньон, видимо, сразу постарался забыть о своих больных ногах. Но Питу уже не слушал — он со всех ног бросился бежать. Нужно было во что бы то ни стало добраться до дома Мари раньше солдат, и у него имелось преимущество перед ними: он был молод, горяч и не в первый раз проделывал этот путь.