Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Мари не удержалась от протестующего возгласа:

— Вы намерены выдать невинную девушку за это чудовище?! И ее братья не возражают?

Де Бац взял молодую женщину под руку и повел к дому.

— Я уже слышал это кое от кого. — Он с улыбкой обернулся к Лауре. — Но вы можете не тревожиться, мои милые дамы. Юная Леопольдина вовсе не сестра братьям Фрей. Она незаконнорожденная дочь австрийского императора, она воспитана весьма вольно. Эта девушка авантюристка по натуре; она знает толк в любовных играх и с удовольствием согласилась помогать нам. Что касается Фреев, то они мои давние сотрудники, и я в них абсолютно уверен. Это евреи-банкиры из Вены, перекрасившиеся в революционные цвета, чтобы делать деньги во Франции.

— Как вы познакомились с этими людьми, барон? — спросила Лаура.

— Благодаря одному другу, графу де Проли. Он венгр, очаровательный человек, незаконнорожденный сын знаменитого министра князя Кауница. Проли живет в парижском особняке братьев Фрей. Остальное вам известно.

— И вы собираетесь ввести Шабо в этот круг?

— Я его уже ввел. Теперь он должен там увязнуть. Не сомневаюсь, что Джуниус Фрей отлично с этим справится.

— Но разве такая игра не опасна? Этот человек может донести…

— Возможно и такое, но игра, как вы изволили выразиться, моя дорогая Лаура, стоит свеч. Шабо — тот самый червяк, которого я запущу в гнилое яблоко Конвента и комитетов. Я надеюсь, что он как следует поработает, чтобы его разрушить. Идемте, друзья мои, выпьем по последнему бокалу шампанского за этот прекрасный день и отправимся отдыхать. Мы это заслужили!

Однако барону отдохнуть не пришлось. Только Мари и Лаура вступили на лестницу, ведущую наверх, как у ворот раздался условный звон колокола — удар, два быстрых удара и еще один удар. Мари вздрогнула, словно испугалась чего-то.

— Кто может прийти в такой час? — нахмурившись, спросила она Жана.

— Только друг. Идите отдыхать, ангел мой, я присоединюсь к вам позже.

Женщины поднялись наверх, но успели увидеть незваных гостей. Это были Мишони и шевалье де Ружвиль.

Извинившись за поздний визит, Ружвиль объяснил, что они приехали достаточно давно, но им пришлось дожидаться, пока последняя карета не покинет дом де Баца.

— У Мишони очень важная новость, — сказал Ружвиль. — Мы решили, что поступаем правильно, приехав сюда. Ты должен об этом узнать как можно скорее, а летом люди, отправляющиеся за город, не привлекают к себе внимания.

Шевалье де Ружвиль был человеком небольшого роста, лет тридцати шести, с решительным лицом со следами оспы, густыми белокурыми волосами и живыми глазами. Барон давно знал его и любил за безудержную храбрость и щедрость.