Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Он разорвал письмо, которое начал писать де Лас Казасу, и принялся за другие послания, где строчки на листе располагались на достаточном расстоянии друг от друга. Сначала речь шла о мифической семье, которая сообщала о своих новостях знакомым, которым посчастливилось жить в Париже. Потом последовал заказ на страшно необходимые вещи — колечки для штор, отрез шелка, чтобы переобить мебель, и сыр бри. И, наконец, в последнем письме речь шла о грузе ворвани…

Когда с этим было покончено, граф отправился за половинкой лимона, выжал сок в чашечку, взял новое перо, сел и в каждом послании между чернильных строк написал всего три слова, одинаковые в каждом письме:

«Людовик должен умереть».

Закончив с этим, д'Антрэг запечатал письма безобидной печатью с изображением оливковой ветви. Когда на следующее утро Карлос Сурда отправится обратно во Францию, он заберет их с собой."

"Наконец граф принялся за последнее письмо, на этот раз самое длинное. Оно предназначалось графу Прованскому, и забрать его предстояло отцу Анжелотти. Это была своего рода присяга на верность, изложенная весьма элегантно, в том стиле, который всегда доставлял удовольствие принцу. Послание изобиловало дипломатическими формулировками, которые должны были убедить графа Прованского в искренней преданности графа д'Антрэга, единственной мечтой которого было как можно скорее увидеть брата короля на троне.

Граф добавил несколько слов об исчезнувшем украшении и заверил принца, что сделает все возможное, чтобы выйти на его след, но ничего конкретного не обещал. Д'Антрэг не стал брать на себя никаких определенных обязательств, и для этого существовало две причины. В письме он указал лишь одну — очень трудно будет отобрать орден Золотого руна у де Баца, который никак не относится к числу людей покладистых, а тем более трусливых. Вторую причину граф называть не стал. Он решил в случае успеха оставить орден себе.

Д'Антрэг прекрасно представлял, о чем идет речь. Как-то раз он видел орден на Людовике XVI. Драгоценностей, составляющих его, хватит на то, чтобы обеспечить не одно поколение. А 9 февраля этого года граф стал отцом маленького мальчика по имени Жюль. О малыше, правда, заботилась кормилица, чем мать, которую куда больше беспокоила сохранность ее голоса в должной форме. Этот мальчик стал ахиллесовой пятой человека, до его рождения даже не представлявшего, что можно испытывать такую нежность и желание защитить слабого. Разумеется, граф не собирался отказываться от состояния, но оно нужно было ему для сына, тем более что суммы, присылаемые де Лас Казасом, не составляли достаточного дохода. Д'Антрэгу требовались другие источники, и аббат Анжелотти, сам не подозревая об этом, указал ему путь.