Игры с Тенью, или Семь поцелуев для недотроги

Он продолжает боевые действия, которые вы начали на корабле.

— Я с ним поговорю. Но это Тар… Навряд ли что-то изменится. Он просто не будет трогать тебя при мне. Поэтому, мой тебе совет — поставь его на место. Мой брат обычно именно так и находит друзей. Сначала война — потом крепкая дружба. Испытание Оттаром Рейгаром, так сказать.

— Так себе испытание…

— И да… Я солгал тебе.

— Твой саквояж нашел Оттар. Я уверен, что он навестил старых друзей в районе Семи улиц. А это значит, что ты уже Оттару не враг.

Я с удивлением посмотрела на Асвальда, а потом с ужасом перевела взгляд на наши пустые руки.

— Асвальд! А где саквояж?! Боги… Я забыла его у тебя дома!

— Не кричи. Я завтра тебе его привезу.

Я нервно сглотнула и взглянула в сторону полупустой улицы.

Я точно помню, что держала свои вещи в руках, до тех пор, пока… Вот черт!

Вежливый и галантный Оттар Рейгар, будь он неладен! Ну-ну…

Дьявол во плоти, способный одним прикосновением губ к руке одурманить и утянуть из-под носа вещи… Зачем он это сделал?

Я до боли закусила губу, понимая, что меня ждёт очередная порция проблем.

— Асвальд, я ещё хочу тебе кое-что рассказать. И очень надеюсь, что ты меня поймёшь…

Насвистывая под нос веселую мелодию, я сидел на полу посреди гостиной Асвальда и рассматривал содержимое саквояжа Ивлин.

Несмотря на тяжелый вечер, настроение у меня было замечательное.

Во-первых, меня развеселили вещи моей недотроги. Ну что за девица отправляется в путешествие и берет с собой восемь книг и всего лишь одно скучное платье? Только Ивлин Мортис!

И ко всему прочему, ее второй наряд ничем не отличался от того, что был надет на ней. Значит у моей серой мышки было два абсолютно одинаковых платья…

— Ммм… Да ты, Ив, любишь разнообразие, я смотрю, — усмехнулся, откидывая в сторону серое платье.

Расческа, карандаши, записная книжка, зубная щётка и прочие мелочи.

Ни пудры, ни помады…

Хотя, надо было признать, что такие женские штучки ей и не нужны. Ивлин Мортис была мила и очаровательна без этих женских ухищрений.

И она волновалась за меня. Черт возьми, эта мысль грела душу покрепче всяких напитков. Я-то был практически уверен, что она меня ненавидит, а моя недотрога, оказывается, беспокоилась, что я один сражаюсь с черным магом.

— А ещё я тебе бесспорно нравлюсь, Ивлин Мортис, — произнес негромко, рассматривая книги. — Этот факт и радует мою мужскую гордость и расстраивает, потому что ты — невеста моего брата.

Книги все были очень старыми… На некоторых из них уже потрескались обложки. А пожелтевшие листы были очень хлипкими. Да уж…Асвальда ждет веселая семейная жизнь.

Я усмехнулся, представив как Ивлин строит посреди постели настоящие баррикады из книг, когда поругается с супругом.