Игры с палачами

— В одну и ту же? — переспросила Оливия. — А сколько же их было в самом начале?

— По крайней мере, четверо.

Слова Хантера повисли в воздухе.

— И что именно убийце надо от этих людей?

— Мы точно не знаем…

Сейчас у Роберта не было ни малейшего желания делиться с Оливией и Эллисон своими предположениями.

— И вы считаете, что убийца не остановится?..

Хантер видел, как блестят глаза Оливии.

Детективы хранили молчание.

— Значит, вы полагаете, что выбор убийцы не случаен, — продолжала тем временем Оливия. — Вы говорите о какой-то группе лиц, но точного числа этих лиц не знаете. Эти люди тридцать лет назад были друзьями, но поддерживали ли они отношения и позже, вам также неизвестно. А еще вы наверняка не знаете, зачем убийца избрал их в качестве своих мишеней. Как по мне, вы вообще очень мало знаете…

Хантер видел, что Эллисон с трудом сдерживается, чтобы не расплакаться. Детектив заметил деревянный комод позади кресла. На нем стояло несколько фотографий в рамках. На всех были запечатлены члены семьи Николсонов.

— Не могли бы вы дать нам на время фотографию вашего отца в молодости? — попросил он Эллисон. — Это нам очень поможет. Обещаю вернуть ее после…

— У меня есть старая свадебная фотография.

Эллисон сделала жест рукой в сторону комода, возле которого стояла Оливия.

Старшая сестра повернула голову и уставилась на фотографии. С секунду она колебалась. Волна чувств прокатилась по ее лицу. Взяв в руки одну из фотографий, вставленных в рамку, Оливия на мгновение задержала на ней взгляд, а затем протянула Хантеру. Это был фотографический портрет шесть на четыре дюйма — лица молодых Деррика Николсона и его жены крупным планом. Улыбки светятся счастьем. Эллисон была похожа на мать, особенно глаза. Хантер помнил фотографию Николсона, сделанную за год до того, как ему поставили диагноз: последняя стадия рака. Со дня женитьбы у него поредели волосы, углубились морщины, но существенных изменений во внешности не произошло.

Уже сидя в машине Гарсии и поворачивая ключ в замке зажигания, Роберт услышал, как зазвонил мобильный телефон.

— Детектив Хантер, — проговорил он в трубку.

— Детектив, это Тэмми с горячей линии. У меня тут есть для вас звонок. Женщина хочет поговорить с детективом, расследующим дело Скульптора.

— Она говорит, что у нее есть информация, — сказала Тэмми.

— Что за информация? — спросил Хантер, сделав Гарсии знак подождать.

— Она говорит, что знакома со всеми тремя жертвами.

Весьма скромное кафе располагалось на углу Рэтлифф-стрит и Ридли-роуд в Норуолке, в юго-восточной части Лос-Анджелеса. Все столики, кроме одного, были заняты. Лицом к витрине в полном одиночестве сидела чернокожая женщина лет пятидесяти. На столе перед ней, чуть отодвинутая в сторону, стояла наполовину пустая чашка кофе.