Одна на всех или Брачные игры драконов

Хотя некоторым нравятся определённые виды ласк именно в первой драконьей сущности…

Я так волновалась, что даже не стала краснеть от явного подтекста в этих словах. В голове стучала набатом одна фраза.

“От внутреннего конца ключицы по прямой линии к жабровым протокам, и два пальца от них.”

Что такое — два пальца? Три сантиметра? Два дюйма? Придётся проверять на практике.

— Восхитительно, — шептала я, нежно поглаживая его за ухом одной рукой, а другой медленно поднимаясь от ключицы к основанию челюсти, где виднелась крышечка, прячущая жабровый проток. И всё бы ничего, но загиб шеи нарушал геометрию тела, и трудно было даже определить саму эту “прямую линию”.

Реган прикрыл глаза, и руки его, до этого спокойно лежавшие на моих бёдрах, теперь ожили. Он медленным, но уверенным и сильным движением отыскал мои ягодицы и так же неторопливо сжал их крупными ладонями.

Сердце моё колотилось всё сильнее. Но вряд ли для него это был плохой знак, скорее уж наоборот.

Два пальца от жабрового протока…

Приподнять дублирующее крыло и зажать венку…

В этот момент Реган всё-таки почуял неладное, приоткрыл веки и даже вдохнул, собираясь что-то сказать, но тут же глаза его закатились, и он безвольной тушей начал падать на спину. Удержать его я, конечно, не могла, поэтому венку отпустила — и он снова пришёл в себя.

Для длительного обморока нужно не меньше минуты.

Не дожидаясь, когда Реган поднимется, я сама склонилась над ним и потянулась руками к его шее, чтобы изобразить особую нежность, но во второй раз уже не прокатило. Дракон перехватил мои запястья на подлёте и строго взглянул мне в глаза.

— О чём ты? — мурлыкнула я в ответ, повернув голову слегка на бок.

Реган одним движением снял меня со своих бёдер и уронил на кровать, сам же встал надо мной, скрестив руки, и поджал губы, глядя с таким выражением лица, словно он — мой строгий отец, только что глубоко разочаровавшийся в любимом дитя.

— Лиза, — тихо, с затаённой угрозой произнёс он. — Я, по-твоему, дурак?

— Что ты говоришь, — я качала головой, но переволновалась так сильно, что изобразить искреннее непонимание и обеспокоенность уже не получалось. Голос дрожал, мышцы лица не слушались, нервно подёргиваясь.

Он опёрся руками о кровать, склонившись надо мной. Хотя чешуя всё ещё покрывала его шею, нужную чешуйку я не могла отличить от сотен точно таких же, и теперь уже выключить дракона при всём желании не получилось бы. Я попятилась, отползая от него, но Реган резко схватил меня за подбородок — и я обмерла.

— Что ты только что со мной сделала?

— Помнишь своё послание? — ответила я вопросом на вопрос. — металлическими буквами на белом листе бумаги.

Дракон промолчал, тяжело глядя на меня.

— И от своих слов не отказываюсь.