Ночные игры

— Твою мать… Дарк!

— Егор, — обычно ледяные, в этот раз серые глаза его были как кипящее расплавленное серебро.

— Егор… — прошептала я.

И тут же в меня вонзился его палец, и я вскрикнула от невыносимого, почти болезненного удовольствия. Потом два пальца.

— Такая горячая… Вика… невероятная… вся течешь… так хочешь…

Эта мучительная прелюдия далась ему тоже непросто. Егор уже не мог связно говорить: только целовал меня и бормотал пошлые, сладкие слова, от которых я сходила с ума.

— Егор! — я выдохнула его имя как признание, как самый интимный секрет.

— Вика? — почти простонал он возле моих губ.

Я то хваталась за его невероятные плечи, то гладила стальные мышцы под гладкой бледной кожей. Невыносимо, невыносимо терпеть…

— Трахни меня!

Раздался шелест пакетика, звук раскатываемого латекса… И тут же вместо пальцев во мне оказался его огромный, прекрасный, горячий член. Смазки было более чем достаточно, поэтому он легко скользнул в меня, но вот дальше…

Я зашипела от боли, и Егор тут же остановился. Он замер во мне, продолжая целовать, а когда я немного расслабилась, стал продвигаться вперед, осторожно растягивая отвыкшие от такого вторжения мышцы.

— Ты слишком большой, — пропыхтела я.

— Неет, — протянул он, — я в самый раз для тебя, вот увидишь.

Несмотря на шутливый тон, его лицо было бледным, а на лбу блестели капли пота — такая выдержка давалась ему непросто.

— Еще больно? — нежно прошептал он.

— Уже вроде нет. Ооох!

Егор начал двигаться смелее, и сквозь остаточные болевые ощущения стало искрить удовольствие, накрывшее меня с головой. Я извивалась и вскрикивала, поэтому ему пришлось зажать мне рот ладонью, иначе я разбудила бы многострадальных соседей. Мне было мало его темпа, его близости, и я подалась бедрами вперед, чтобы усилить глубину проникновения. Он понял и стал наконец вколачиваться так, как мне хотелось. Резко, глубоко, сильно, охеренно. Да, да, да!

Вот так! И еще!

Я задрожала, чувствуя приближение оргазма, слегка изогнулась, чтобы давление приходилось на самую чувствительную точку, и кончила, вцепившись зубами в руку Егора, пока мое тело сокращалось от острых сладких спазмов. Он продержался немногим дольше, с хриплым стоном разрядившись в меня буквально через несколько секунд после моего оргазма.

Некоторое время мы лежали молча.

— Неплохо! — заключила я, довольно и сыто улыбаясь.

— Неплохо?! — не поверил своим ушам Егор. — Да ты орала, как мартовская кошка.

— Ну ладно, — сдалась я, — было хорошо.

— Охуенно, ты хотела сказать?

— Для того чтобы я так сказала, тебе придется еще больше постараться!

— Ну уж нет, в следующий раз твоя очередь стараться! Кто-то, кстати, обещал поработать своим прекрасным ротиком.