Странный дом. Недетские игры

 – Он появился в этом кабинете всего один раз, на следующий день после похорон матери. Он прекрасно знал, – не мог не знать же! – кто лечил его мамашу. Но, уходя, почему-то высказал претензии именно мне. То есть это…

– Ну да, угроза. Я понял, – буркнул Гуров.

– А теперь у меня пропал сын, – закончил Долецкий. – Мне просто не на кого больше подумать, понимаете?

– Понимаю. А что насчет вашей измены?

– Какой? – оторопел Долецкий.

В этот момент зажужжал мобильный телефон Алексея, лежавший на полке. Долецкий вышел из-за стола и подошел к стеллажу."

"– Сашка сбежала из больницы, – устало сказал он. – Вот дура, а! Всегда такой была. Упрямая идиотка. Достала!

Он размахнулся и изо всех сил бросил телефон на пол. Он разлетелся на две части, которые разъехались в разные стороны.

«Пора валить из этого дурдома, – подумал Гуров. – Спасибо за внимание».

При одном только взгляде в сторону Алексея, застывшего возле окна, опирающегося руками о подоконник и свесившего голову, Гуров вдруг почувствовал в душе непонятную тревогу, которой вообще не должен был бы испытывать. Он уже сто раз видел горе в глазах родителей, с детьми которых случалось несчастье, и крики матерей слышал, и истерики взрослых мужчин наблюдал, и слезы ручьем тоже. Не привыкнешь к такому, но чувства в этот момент сами собой исчезали, потому что нельзя, чтобы тот, кто на тебя надеется, видел, что ты тоже подавлен. А тут у него на сердце тревога и холод. Долецкий молчал. Смотрел в пол и не издавал ни звука.

Лев Иванович решил, что в таком состоянии его оставлять не стоит. На прощание нужно хоть что-то сказать, кроме «до свидания».

– Шанс найти Степана живым и здоровым исключать нельзя, – жестко сказал он. – То, что вы вспомнили, хоть и не сразу, может помочь. Мы проверим Голенко.

Долецкий закивал, но не сказал ни слова.

– Может быть, вам домой нужно поехать? – предположил Лев Иванович. – Побудете с женой. Или один. Но лучше все же не в одиночестве.

– Я разберусь, – сквозь зубы ответил Алексей. – Лучше работы лекарства еще не придумали.

– Не разберетесь, – повысил голос Гуров. – Как от врача толку от вас сейчас ноль, если только вы не робот.

– Спасибо за участие.

– Не за что.

– Вы все еще подозреваете меня? – глухо спросил Алексей.

– Я уже сказал, что верю вам, – ответил Лев Иванович.

Долецкий снова ушел в себя. Возможно, он ожидал извинений, но сыщик посчитал это излишним. Он подошел к двери, взялся за ручку.

– Всего доброго, Алексей, – попрощался он.

– Что же теперь делать? – вырвалось у главного врача клиники неврозов. – Куда бежать?

– Я не знаю, – честно признался Гуров. – Ничего не могу вам посоветовать.

По пути на Петровку, уже сидя в такси, Лев Иванович позвонил Виктории Сергеевне.