Игры мажоров. \

В кафе входят Никита с Миленой, его рука у нее на талии. Так и идут, обнявшись. Конечно, я сама хотела уехать, но… В глубине души понимаю: я надеялась, что он тоскует, ищет. А ему, оказывается, все равно.

Почему так тяжело? Почему невыносимо видеть его с этой безупречной красоткой? Парочка проходит мимо меня и садится за столик у окна, из которого видна цветочная клумба.

Кровь отливает от головы и где-то в солнечном сплетении застывает ледяной комок. Все правильно, все так и должно быть. Это нормально, что они вместе — Никита и Милена идеально подходят друг другу."

"Он сногсшибательный парень и она умопомрачительная красавица. А я? Я правильно сделала, нам нельзя вместе... Но не могу отвести взгляд и смотрю, как Никита ее обнимает.

— Ты почему на звонки не отвечаешь? — над нами нависает высокий парень и смотрит на Севку. Руки с бугрящимися под рукавами рубашки мышцами упираются в стол. Бедный Сева, у него даже очки запотели.

— Где мой проект? — мажор смотрит на него, прищурившись, голос недовольный и немного скучающий.

— Так я… это… — запинаясь, оправдывается Сева, — завтра будет, обещаю!

— Смотри, чтоб с утра на мейл скинул.

Мажор отталкивается от стола, сок выплескивается из стакана и проливается в салат. Севка молча отставляет тарелку и пьет сок. Макс продолжает есть, как будто это его не касается.

У меня внутри все закипает.

— Почему ты позволяешь ему так с собой разговаривать? — тихо спрашиваю Севку. Тот поправляет очки и молчит. — Как можно позволять так себя унижать? А ты почему не вмешался?

Макс поначалу даже не понимает, что я обращаюсь к нему.

— Макс, ты же спортсмен, чемпион. Почему ты не заступился за Севку?

Он смотрит на меня внимательным взглядом, потом обращается к Альке:

— Объясни ей, — кивает на меня, поднимается и уносит свой поднос. Севка тоже подхватывается и идет следом за Максимом.

Мы провожаем парней взглядами, а потом Алька наклоняется ко мне поближе.

— Не думай, что сможешь что-то здесь изменить, Маша. Или ты прогибаешься и принимаешь эти законы, или ни тебе, ни твоей маме тут задержаться не дадут. От администрации зависит далеко не все, так что Макс правильно сделал, что не вмешался.

— Значит, вы тут сами по себе? Каждый?

— Выходит, что так.

Зашибись расклад. Отношу поднос с грязной посудой к стойке, забираю недопитый латте. По дороге допью.

Не понимаю, откуда они взялись, но, когда делаю шаг к выходу, натыкаюсь на Никиту с Милой. От неожиданности вздрагиваю, пальцы разжимаются, и стаканчик с кофе падает прямо под ноги Милены.

Представляю, сколько стоят ее туфли, залитые кофейным напитком. Милена опускает глаза, обрамленные длинными ресницами, на свои испачканные туфли. Ее брови удивленно ползут вверх.

Честно хочу извиниться, но не могу выдавить ни единого слова.