Игры мажоров. Хочу играть в тебя (СИ)

Но прошла только половина участниц, тут еще торчать по времени минимум столько же.

Никита отталкивается от стены, накрывает своими ладонями ладони Лии. У него крепкие широкие ладони, из-за них узкие кисти Лии совсем не видно. Ловлю себя на том, что, пронзаю взглядом его руки, и Ник это замечает.

Он колеблется, я это вижу. Затем осторожно расцепляет ладони Лии, опускает их вниз и отпускает. Наши с ним взгляды пересекаются, и я явно вижу в воздухе искрящиеся молнии.

Топольский разворачивается и уходит. Лия окликает его, но он не оборачивается, и она бежит за ним. В зал они больше не возвращаются, и я запрещаю себе думать о том, что они сейчас делают.

Еле доживаю до конца мероприятия. Девочки идут переодеваться, а я по крутым ступенькам торопливо спускаюсь в зал.

Демон уже развернул свое кресло в направлении выхода. Невольно отмечаю, как на него заинтересованно поглядывают девчонки, и неожиданно чувствую облегчение. Не хочется, чтобы такой красивый парень не пользовался успехом у девушек только потому, что неходячий.

Если бы я в него влюбилась, мне было бы все равно, ходячий он или нет.

Но я в него не влюблена, поэтому позволяю себе подбежать, схватиться за ручку кресла обеими руками, заставляя парня притормозить. Он удивленно оглядывается, а я прерывисто дышу, глядя ему прямо в глаза.

— Привет, Демон. Как долетел?

Глава 11-1

— Привет, — он держится отменно, делая вид, что удивлен, — мы с тобой знакомы?

— Я не поведусь, Демон, — предупреждаю сразу, — я тебя видела. Ты живешь в «Гонконге» на двадцатом этаже.

Он по-прежнему себя не выдает, держится спокойно, говорит тоже, это я готова взорваться.

— Так мы не только из одного города, Маша. Мы с тобой еще и соседи, — Демон улыбается, и как я на него ни злюсь, признаю, что улыбка у него обезоруживающая. Он вообще красивый парень... — Мои родители действительно живут в «Гонконге» на двадцатом этаже. Но почему Демон?

Сердито поджимаю губы. Очень надеюсь, что глазами сверкаю тоже.

— Может перестанешь притворяться?

Похоже, Демон решил упираться до последнего.

— Когда объявили Заречную Марию, я и не надеялся встретить почти родственницу, — ерничает парень, и я в который раз жалею, что не взяла с собой телефон. — Ты так и не ответила, почему Демон?

— Шутишь? — смотрю скептически. — Или стебешься?

Демон хмыкает. Скорее, и то, и другое.

— Я согласен, что Демьян дурацкое имя, — кивает он, сморщив лоб, — но ребята говорят на меня Дёма. Здесь я Демиан. Демоном меня еще никто не называл.

— Хватит, — перебиваю его, — ты протанцевал все нужные па, теперь начинаешь подбешивать.

Он ничего не говорит, вопросительно вздергивает бровь.

— Я отследила дрон, — выкладываю свой главный аргумент, — когда ты передавал мне конфеты.