Жестокие игры Карима. Обожгу твою душу

Девочка упорно не шла на контакт дальше определенного предела…

Вздохнул. Нельзя на нее давить еще больше. У девочки шок…

-Вот чистая одежда. Еда на столе. Переоденься, поешь и отдохни. Попозже поговорим…

Вышел за дверь номера, где ко мне тут же подлетел едва сдерживающий бьющие через край эмоции Халеда.

-Мда, брат… Похоже, мы влипли… Не стоило тебе забирать эту девчонку…-мрачно-зловеще произнес он.

Впрочем, Халед всегда был склонен к театральности.

-Я забрал бедного ребенка с места трагедии, это не обсуждается…-категорично ответил Карим,- в чем сложность ситуации, как ты говоришь?

-На прошлой неделе люди Абу Джакала приехали и вырезали всю семью Пешмерг. От старика до младенца. Девчонок перед этим изнасиловали. Бериван с Сибиль остались целы и невредимы только потому, что были на выезде. Абу Джакал был сегодня в машине с инсургентами. Это была месть, Карим…

Мужчина молча кивнул. Что-то подобное он и предполагал…

-Проблема в том, что Бериван в поиске возмездия влезла в епархию другого клана. Там сейчас полный раздрай. Формально они были в состоянии перемирия с боевиками. А теперь… Теперь всё переигралось…

-Как можно быть в мире с теми, кто едет на твою территорию со взрывчаткой?-спросил Карим.

Халед неодобрительно покачал головой. У него, очевидно, сейчас не было ответов на вопросы, да и что он мог сказать?

- Нам не стоит сейчас здесь задерживаться, Каримджи… Вчера вечером за голову Бериван была объявлена награда… Более того, ее объявили не террористы, а свои, курды… Не хватало еще, чтобы мы влезли в эти межклановые разборки…

Карим закурил. Да, теперь он курил. С тех самых пор, как погибла Юлианна, он начал курить. Пару затяжек до покраснения сигареты и густого клуба дыма. После некоторой паузы бросил решительно в пустоту."

"-Поехали… Нужно поскорее выбираться отсюда, пока рикошетом не зацепило и нас…

-А девчонка?-с надеждой спросил Халед, понимая, что она может стать источником неприятностей. Ему не терпелось избавиться от нее,- можем оставить ее…

-А девчонка едет с нами… -перебил его Карим.- В Дамаск… Здесь ей, судя по всем признакам, угрожает смерть…

Интуиция и логика подсказывали ему, что Бериван Пешмерг не просто так остановила машину перед ними, разыграв ту сцену с сестрой. Курдиянка рассчитывала на то, что Карим сможет помочь. Он ее не знал. Но она-то не могла не слышать о «своем среди чужих», как курды называли Карима за спиной. Он был спасением для ее сестры. А когда среди вещей в рюкзаке девочки, который они обнаружили с Халедом при ней, оказалась записка с одним словом на арабском «саид ха» (араб.- помоги ей), сомнений в его догадках не было…

Через три часа они уже заезжали в дом Карима в Алеппо, первый оплот арабской власти после автономных курдских территорий.