Игры мажоров. Хочу играть в тебя (СИ)

А я в ужасе смотрю на его вымазанное в копоти лицо, перепачканную футболку и джинсы. Левая рука перебинтована, правой он поддерживает ее на весу.

Поднимаюсь с дивана, делаю шаг навстречу.

— Ник, — сиплю, прижимая к щекам ладони, — что с тобой случилось?

— Почему ты не спишь? — он недовольно хмурится, но мне плевать. Подхожу ближе, касаюсь вымазанной щеки.

— Что с рукой?

Он уклоняется от прикосновения и нехотя отвечает:

— Ничего страшного не произошло. В доме начался пожар, но его быстро потушили. Уже все нормально, Маша. Иди спи.

Но я последнюю фразу просто пропускаю мимо ушей.

— Как это пожар? Ни с того, ни с сего?

— Не знаю, — он мотает головой и кривится. Видно, что от боли, но ведь не признается же.

И тут меня осеняет.

— Ты же был в больнице? Это тебя там перевязали?

Топольский кивает, и я решаюсь.

— Никита, кого еще отвезли в больницу кроме тебя?

Ник внимательно всматривается в мое напряженное лицо и перечисляет. Медленно, изводя меня каждой секундой:

— Элфи. Логана. И... Райли.

Логан. Это тот парень, который сидел на диване и возмущался. Боюсь задать самый страшный вопрос, напряжение зашкаливает. Но все же спрашиваю:

— А Оливка?

— Твоей подруги там не было, Маша, — Никита одной рукой стягивает через голову футболку и со свистом выдыхает воздух сквозь сцепленные зубы. Ему больно.

— Давай помогу, — предлагаю робко, но он мотает головой.

— Не надо. Иди спать.

Сует футболку в мусорный контейнер и поднимается по лестнице.

У меня в руке вибрирует телефон. Смотрю на экран, на всплывающем окне сообщение. От Демона.

«Минус три»

И больше ничего.

глава 30

Маша

Никита уходит к себе, а я не могу успокоиться. Какой спать? Мечусь по комнате как дикий зверь в клетке зоопарка.

Перед глазами встает то проходящая через плечо ссадина, то измазанное в копоти лицо. А еще медленные, чуть заторможенные движения.

Хоть Никита и отворачивался, я же видела как он морщится от боли. Особенно когда стаскивал одной рукой футболку. Ему же и мыться, наверное, неудобно. И больно...

Набираюсь смелости, выхожу в коридор и стучусь в спальню к Никите. Я только спрошу, нужна ли ему моя помощь. Если скажет что нет, сразу уйду.

Но никто не отвечает, и я решаюсь приоткрыть дверь.

— Ник, — зову и прислушиваюсь, — Никит, можно войти?..

Слышу звук льющейся воды, иду в ванную комнату. У Топольского в ванной душевая зона тоже без перегородок, как и у меня. Никита стоит ко мне спиной, смывает одной рукой шампунь. Перевязанная рука поднята вверх, ладонь упирается в стену, чтобы на повязку не попала вода.

Невольно залипаю на крепких ягодицах, но Топольский поворачивается боком.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает, останавливаясь.