Игры героев

И как он заставляет себя идти дальше, невидимкой пробираться между столами, предназначенными, без сомнения, для опытов над пленниками. Илай двигался дальше, и столы сменились клетками.

Лучше бы этого не видеть. Будь моя воля, я отвернулся бы, но Илай смотрел прямо на клетки. Виварий – вот что это было. В клетках, столь тесных, что обитатели их не могли стоять, только лежать, свернувшись калачиком, или сидеть, помещались вовсе не несчастные собаки-крысы-кролики или обезьяны.

Вот – гномка. Голая, худая, ребра и позвоночник просвечивают сквозь кожу. На спине – шрамы от продольных разрезов, глубоких, небрежно зашитых. Голова обрита наголо. Застыла в позе эмбриона, только по легкой дрожи понятно: она живая и мерзнет.

В соседней клетке – тролль.

Голова его обмотана желтыми, пропитанными мазью бинтами. Восковые веки закрыты, но видно, как мечутся под ними глазные яблоки.

Девочка. Человеческая девочка лет тринадцати, худенькая, светловолосая – еще недавно спутанная копна была аккуратными косами. Она в сознании. На коленях стоит перед решеткой, вцепившись в нее, и раскачивается из стороны в сторону. Из уголка рта тянется ниточка слюны. Голубые глаза бессмысленны. Одета в подобие сарафана из грубой мешковины.

Гнолл подошел к клетке с девочкой, отцепил пальцы, отпер решетку. Девочка осталась сидеть на коленях. Рывок – мохнатая лапа ухватила за волосы, девочка на четвереньках выползла наружу, не издав ни звука. Покорная, как щенок, которого волочат за ошейник. Гнолл заставил ее подняться, и девочка поковыляла за ним куда-то вглубь помещения.

Илай последовал за ними.

Гнолл привел пленницу не к столу – к креслу, напоминающему то ли парикмахерское, с таким колпаком фена, то ли электрический стул. Девочка уселась, гнолл пристегнул ее руки и ноги, опустил шлем на голову. Раздалось легкое гудение, пальцы подопытной сжались.

Илай отвернулся."

"За этим не могли стоять силы Мегалона, точнее, игровые силы. Это не могло быть «находкой» разрабов, потому что ломало все каноны мира. Но кто же стоит за всем этим? Ответ нашелся в сознании Илая. Да, он рассказывал правду: в свое время он погиб, сражаясь с Кайзером и взбунтовавшимся ИскИном Анубисом… Перед взором пронеслись картинки из его памяти: блестящие, совершенно безумные глаза Кайзера, бессловесные рабы в оранжевых комбинезонах, огромная тварь с мордой шакала, похожая на гнолла, – Анубис. Искусственный интеллект, впитавший в себя все пороки человечества.

Мегалон создан Анубисом? Илай не знал ответа. Мало того, он не был уверен, что Анубис здесь, хотя надеялся на это. Теперь ясно, зачем он с нами пошел: найти старого врага и прикончить.

Ошарашенный, я с трудом заставил себя сосредоточиться.

Илай двинулся дальше.