Игрушка императора

— Кто поведал тебе? — вопросила ведьма, но тут же добавила: — Это уже неважно… Ты желаешь узнать ответы, Катриона Ринавиэль Уитримана. Что ж, я расскажу тебе…

Я устроилась поудобнее и приготовилась слушать.

— Он появился неожиданно… Среди песчаных холмов Либерии в земле, что прозвана Мертвой пустыней, в темноте ночи мелькнув яркой звездой. Его появление всколыхнуло горы, расплескало моря…

— Произошло землетрясение, — догадалась я. Не люблю сентиментальные повествования.

— Не перебивай, — потребовала Мейлина.

Смерив меня недовольным взглядом, ведьма продолжила:

— Я была там. И моя мать…

Неожиданно! Вежливо молчу, готовая заинтересованно внимать и далее.

— Мы пролетели над пустыней в поиске упавшей звезды и нашли… его.

Продолжаю молчать, несмотря на накопившиеся вопросы.

— Искалеченным трупом, вот кем он был… — Мейлина вздрогнула и обняла себя за плечи. — Без глаз, с разорванным горлом, с сердцем, пробитым тремя кинжалами, с животом, изрезанным клинками… У Араэдена оказались изломаны руки, на ногах его были перерезаны сухожилия, кости ног раздроблены…

— Это был практически труп, но Араэден дышал вспоротыми легкими и жил…

Представила себе картину… Поняла страшную истину — кесарь неубиваем! Все плохо! Все еще хуже, чем я представляла.

А Мейлина продолжала повествование:

— Моя мать не смогла оставить его. С трудом мы перенесли светловолосого мужчину домой, в ТарЭн.

ТарЭн… знакомое название. Вспомнила древнюю карту ойкумены, осознала очередной неприятный факт — сейчас на месте этого городка располагается Праер, столица Прайды. Символично…

— Возложив тело на алтарь, мама извлекла клинки из сердца… и хлынула алая кровь…

Я вздрогнула, представив, как все было… Алая кровь… Мерзко, конечно, причем исключительно от осознания того факта, что она таки вся не вытекла. Мерзко и прискорбно. Но три клинка, кому же они принадлежали? Впрочем, я догадывалась кому, — идиотам! Следовало кесарю голову рубить, а не сердце дырявить! Идиоты!

— Это не было оружием нашего мира, — продолжила Мейлина, — кинжалы, едва освобожденные из плена плоти, взметнулись мириадами золотых и багряно-красных искр, исчезнув навеки. А кровь продолжала неторопливый бег из истерзанного сердца… но оно продолжало биться.

Неубиваемый… плохо. Очень плохо. С другой стороны, остается вариант с отрубанием головы. По-моему, без головы еще никто не выживал. Определенно, я не знаю никого, кто сумел бы выжить без головы.