Игрушка для двух братьев

— Вы с братом можете сколько угодно упрямиться, сын, но рано или поздно вам придется сделать выбор: либо Эля, либо стая.

— Отец, если ты не понял, мы уже сделали этот выбор, — сказал я, выдержав суровый взгляд отца. — И он явно был не в пользу устаревших традиций нашей стаи.

— Как ты смеешь…

— Если это все, что вы хотели мне сказать, то я вынужден откланяться, — перебил я его и, не дожидаясь разрешения, направился к выходу.

— Максим, я знаю, что ты куда благоразумней, чем твой старший брат, поэтому даю тебе время подумать, — попытался остановить меня отец. — Можете пока поиграться со своей игрушкой, а как надоест, мы с вами поговорим с глазу на глаз.

Я лишь усмехнулся и вышел из дома, не желая больше здесь оставаться. Вряд ли я сегодня смогу донести до родителей то, что Эля уже давно перестала быть нашей игрушкой.

Она стала для нас всем.

***Эмиль

Дядюшка Эли оказался тем еще неприятным типом. Явился к нам в дом, чуть ли с пинка ноги открыв дверь, да еще и накинулся на свою племянницу с угрозами.

Не с теми людьми он связался. Точнее, не с людьми, а с теми, кто ему не по зубам. Я быстро утихомирил дядю Эли, от чего тот задрожал, как осиновый лист. Задрожал и выдал такое, от чего Эля вмиг побледнела, едва не хлопнулась в обморок.

Только это ей не хватало. Марк Маркович предупреждал нас — никакого стресса в ближайшее время, и что мы имеем в итоге? Комбо-набор из переживаний за младшую сестру и угрызения совести, проснувшиеся после слов дяди.

Я был уверен на все сто десять процентов, что Эля считала себя виноватой в пропаже Лее. Как? Да, очень просто — не успела спасти. Таким был ее ответ, когда я попытался хоть немного ее отвлечь от тревожных мыслей.

— Эля, доверься нам с Максом, мы найдем Лею. Я сделал пару важных звонков, вот увидишь, скоро нам позвонят с хорошими новостями."

"— Я не могу сидеть сложа руки, ожидая, когда кто-то кинется на поиски моей сестренки, — сказала Эля и вновь начала мерить комнату шагами.

— Пока у нас нет ни единой зацепки, ни единого подозреваемого, Эля, — объяснил я ей, стараясь сохранять спокойствие — честно говоря, мне и самому не нравилось то, что мы еще ничего не предприняли.

Но действовать на горячую голову было сродни самоубийству. Мне не нравилась эта ситуация с Леей, что-то тут было нечисто!

— Лея такая беззащитная, неизвестно где… — голос Эли был полон боли и горечи, и в другое время я бы ее пожалел, вот только сейчас этого делать было нельзя — поди совсем раскиснет тут, потом и по кусочкам ее не соберешь…

— Эм? Эля? — послышался в дверях голос Макса, и я мысленно поблагодарил небеса за то, что он приехал так вовремя.

— Брат, не представляешь, как я рад тебя видеть!

— Что такое? Почему на тебе нет лица? — обратился Макс к Эле, коротко кивнув на мое приветствие.