Игрушка для двух братьев

Да еще так сильно, что он вызвался потанцевать с ней под одну из медленных джазовых композиций. Пошпрехав что-то на своём, на шведском, потащил ее в центр танцпола и положил руки на ее талию.

Руки. На талию. Нашей Эли.

Сам не понимаю, что меня тогда удержало от внезапного перевоплощения. Зверь внутри меня требовал растерзать одного из будущих партнеров, плюнув на все правила ведения бизнеса.

Я пожирал их взглядом, мысленно раздирал острыми клыками довольное лицо шведа. Ни на секунду не сводил с них глаз.

Как и Макс, который был вне себя от ревности. Впервые на моей памяти попросил бармена повторить ему виски со льдом, хоть обычно ограничивался одним стаканом.

Я последовал его примеру и тоже пригубил терпкого напитка. Мне нужно было чем-то заглушить то неприятное чувство, что буквально свербило в груди при виде Эли, танцующей со шведом.

Но даже виски не смог спасти ситуацию, когда этот белобрысый швед наклонился к самому уху Ягодки и начал что-то нашептывать, от чего та покраснела до самых кончиков ушей. Резко начала понимать шведский? Или ее бросило в жар от близости этого хлыща?

Я не стал ждать продолжения их весьма откровенного общения, в два шага преодолел расстояние между нами и, схватив Элю за запястье, вырвал ее из рук иностранца. Тот что-то возмущенно прикрикнул, но мне было все равно. Я оттащил Элю подальше, в сторону малоосвещенной части клуба и буквально вдавил ее плечами в стену:

— Какого черта ты с ним флиртуешь!

— Отпусти, мне больно, Эмиль!

— Больно тебе? — я что есть силы сжал нежную кожу ее загорелых рук, чувствуя, как моя волчья сущность так и рвется наружу.

— Эм… — прошептала Эля сдавленно, испуганно вглядываясь в мое лицо. — Пожалуйста…

И только тогда я вдруг опомнился. Отогнал от себя наваждение, что затуманило мой разум. Приструнил внутреннего зверя, требовавшего быть беспощадным и жестоким…

— Эля, я… — ослабил хватку и ошеломленно перевел взгляд на ее плечи, на которых красовались хорошо различимые даже в темноте следы от моих пальцев.

Эля ничего не ответила, лишь вырывалась из плена моих рук и убежала куда-то прочь из зала.

— Дурак! — выплюнул я и в сердцах ударил кулаком об стену. — Твою мать, Эмиль! Как можно быть таким неуравновешенным идиотом!

Кажется, я все испортил, не успев даже начать…

Глава 16

Макс

— Эмиль? С тобой все нормально? — позвал я брата, заметив его одиноко сидящего у бара.

И почувствовав что-то неладное.

— Все просто пр-р-рекрасно, братишка! — отозвался Эмиль, со стуком поставив тяжелый стеклянный стакан на деревянную столешницу и расплескав остатки золотистой жидкости.

Я принюхался. Почему-то я едва смог услышать запах виски (а это был он, к гадалке не ходи). Странно, обычно волчий нюх меня никогда не подводил.