Игрушка для двух братьев

— Говори, где Эля, или я сверну ему шею!

Дядя Паша издал что-то наподобие писка и затрясся всем телом.

— Не надо! Не трогай его! Твоя взяла!

Так-то лучше. Нет, я, конечно, не собирался мараться об такую грязь, как Паша, но… Злость во мне переваливала через край.

И терпение тоже было на исходе.

Как и чертово время!

— Ну?! — поторопил я ее, понимая, что еще немного и вместо рассудительного Макса они получат… безумного Макса.

— Тебе нужно ехать туда, где вы ее нашли в последний раз.

— Кто тебя надоумил на это? — прищурился я, чувствуя, что за ее словами скрывается, как минимум, подвох.

— Никто, — опешила Илона, забегав глазами по сторонам.

Верный признак того, что собеседник явно что-то недоговаривает или врет.

— Хватит ее мучать! — дядя Паша попытался вырваться, но куда ему было тягаться с оборотнем?

— Имя?

— Я… я не знаю.

— Врешь, знаешь. Имя? — я перехватил кисть Паши и сжал его пальцы в своей ладони, заставляя того вскрикнуть.

Черт, я вел себя, как конченный садист. Но, фак, ради Эли я мог стать кем угодно!

— Отпусти его, прошу тебя! — Илона дернулась в сторону отца, однако мой угрожающий взгляд остановил ее.

— Либо ты выкладываешь мне всю правду, либо я за себя не ручаюсь…

Мой голос потонул в жалобном скулеже Паши.

— Хорошо! — сдалась его дочь, на которой лица не было. — Я все скажу. Я устала жить во лжи, устала бояться всего…"

"— Не смей, не смей! — воскликнул Паша, успевший покраснеть от боли, точно рак.

— Папа, хватит! Видишь, до чего тебя довела твоя бездушность!

О, с этим я не мог не согласиться. Неужели передо мной разворачивалась настоящая семейная драма? Кажется, эта Илона была не такой уж потерянной для общества, в отличие от своего гнусного отца.

— Кто этот человек, укравший Элю?

— Он не человек, — покачала головой Илона и испуганно заозиралась по сторонам. — Он такой же, как и ты. Оборотень. И поэтому я хочу, чтобы ты пообещал нас защитить, если вдруг он придет отомстить нам.

Что-то в ее голосе заставило меня поверить ей. Илона не изображала страх, она, действительно, боялась кого-то. Я кивнул в ответ и добавил:

— Хорошо, обещаю. Тебя никто не тронет.

— Нет, — замотала та головой. — Нас никто не тронет. Меня и отца.

— Слушай, ты в курсе, что твой отец — настоящий подонок? — спросил я бесцеремонно, не особо подбирая выражения.

— Это тебя не касается. Нас никто не тронет.

Ее голос был твердым, а в глазах читалась упрямая решительность.

Нашла кого защищать.

Как бы мне не хотелось лично отдать Пашу в чьи-нибудь недобрые руки, я не стал этого делать. Не смог под умоляющим взглядом его дочери.

Удивительно, что у такого мерзавца, как Паша, была такая… добрая и милосердная дочь.

— Обещаю.

Мой короткий ответ вполне удовлетворил Илону.