Игрушка для боссов

Она снова стала вырываться, пытаясь вырваться, но поняв, что Павел так просто не перестанет кусать и сжимать ее, она в отчаянии забилась в истерике. Все, что ей удавалось делать сейчас – это громко и жалобно стонать, извиваясь всем телом."

"Член Павла был в боевой готовности, Ангелина чувствовала его, когда Павел передвигался, он задевал своим инструментом ее ногу и тогда девушка в ужасе замирала, боясь, что сейчас он захочет натянуть ее по полной и на этот раз, снова разорвет ей все уже основательно. “У меня там еще ничего не зажило, он мне все окончательно там повредит, только бы он не вставлял в меня свой член, Боже, сохрани”.

– Вот теперь, соси, – он посадил ее на пол и вставил головку члена ей в рот. Весь агрегат не помещался, но Павлу, вроде, это было и не нужно. Он стал дрочить член, держась одной рукой за стену. Самолет потряхивало, несколько раз детородный инструмент вылетал изо рта, и Ангелина напряглась, ожидая пощечины. Насколько она изучила поведение Павла, он бил ее по любому поводу, если ему что-то не нравилось.

Мужчина тяжело дыша снова приказал открыть рот пошире и стал отчаянно двигать рукой. В какой-то момент он громко и страшно задышал, и Ангелина почувствовала, что он уже скоро кончит. Она открыла рот пошире и приготовилась глотать его семя. Но Павел не спешил кончать, он нащупал ногой ее руку, опирающуюся на пол и наступил на нее. Ангелина дернулась, пытаясь вытащить руку, но Павел стал сильнее надавливать и девушка снова завыла от боли. Рука горела, казалось, вся кровь прилила к ее конечности. Член Павла стал каменным и через несколько секунд, когда Ангелина уже думала, что не сможет больше терпеть эту боль, мужчина выплюнул в ее рот мощную струю спермы и убрал ногу с ее руки. Проглотив полученную дозу, Ангелина попыталась отстраниться от члена Павла. Мужчина, грубо потрепав ее за щеки, вытер об ее волосы остатки спермы и ушел к остальным. Самолет садился.

Возвращение домой

Ангелина почувствовала приступ тошноты, то ли от тряски, то ли и от такого сложного времяпрепровождения, удовлетворяя сразу трех мужчин. Она осторожно посмотрела на Эдуарда, он в ее сторону даже не смотрел. Вячеслав по-прежнему сидел в телефоне. “Они разве не видели, что он тут вытворял? Он меня специально подальше от них оттащил, чтобы они не видели, как он издевается. Почему он не может как обычный мужик, просто трахнуть, обязательно ему нужно причинять мне боль”. Ангелина гладила свою больную руку и плакала. Она сидела в узком коридоре частного самолета, недалеко от туалета и в пяти метрах от мужчин и больше всего на свете ее сейчас удивляло их абсолютное равнодушие.