Игрушка для бизнесмена

— Что за проблема? — возвращает нас в исходное, складывает на животе руки.

Чертя пальцем кружки на одеяле, печально сообщаю:

— Я не смогу приехать до конца месяца…

Его умный каменный лоб прорезают морщины.

— Что-то с ребенком?

— Нет, — нахожусь тут же.

Прижимаю к животу одеяло, будто это хоть как-то может ему помочь.

То, что Рома впервые назвал нашего ребенка “ребенком” вызывает шквал эмоций под ребрами. Будто только после этого наш ребенок стал для меня окончательной и бесповоротной реальностью. Весь сегодняшний день стал для меня реальностью только после того, как я рассказала об этом дне ему, Роману Гецу.

Слегка выгнув брови, он ждет ответа.

Вздохнув, поясняю:

— У меня есть младшая сестра.

— Здорово, — отзывается.

Не зная, как объяснить то, что чувствую, просто говорю:

— Я обещала, что мы встретим Новый год вместе. Я не могу ее кинуть. Я обещала… она поживет здесь, со мной, ты же не против? — смотрю на него виновато.

Повернув голову, он смотрит куда-то в сторону, и это выглядит так, будто моя проблема ему совсем не по душе. Но ведь мне она тоже не по душе! Увидеть его живого и настоящего становится целой гребаной проблемой, будто он существует где-то в параллельном измерении.

— Ром… — зову тихо. — Я обещала. Она очень ждет. Я ее полгода не видела… я…

— Юля, — переводит глаза на камеру. — Просто убедись, что к концу месяца все твои документы будут готовы, — проговаривает с напором.

Пытаюсь моргать, но веки стали неподъемной тяжелыми, поэтому его слова долетают до меня сквозь полудрему.

— Когда ты чего-то хочешь, ты хочешь это сразу? Так? — спрашиваю еле слышно.

— Если ты говоришь о себе, то да… — слышу, не открывая глаз. — Спи, — велит он в догонку.

— А ты? — бормочу.

— Я плохо сплю.

Плохо?

— До завтра, волчонок.

Его голос тонет вместе с моим сознанием, и я уже не уверена в том, что мне это не снится.

Впервые за целую вечность я просто сплю.

Глубоко и так, будто весь мир наконец-то оставил меня, мать его, в покое!

Будто кто-то отодвинул его от меня рукой.

Нет, не кто-то…

“Рома…”, — зову, скатываясь в теплую трясину сна.

Настойчивый звонок в дверь случается будто через секунду после того, как мои неподъемные веки коснулись друг друга, но, когда я разлепляю глаза, город вокруг меня все также ломится со всех сторон, только теперь он освещен серым утренним светом. К тому же, я ошиблась. На семьдесят втором этаже можно увидеть “пушистые снежинки” за окном. Они кружат за стеклом и ударяются о него под порывами ледяного ветра.

— Твою мать… — выстанываю, обреченно выбираясь из-под одеяла и, подхватив с пола футболку, пулей отправляюсь в ванную.

В этот момент мне хочется разбить на голове господина Геца тарелку. За то, что наградил меня ребенком.