Игрушка для драконов

Сара обрадовалась тому, что я так увлечённо делаю за неё работу: слежу за ребёнком и часами предаюсь малоинтересным, с её точки зрения, детским забавам. Я же смотрела на маленького Филиппа глазами старшей сестры, иногда ловя себя на мысли, что Рикард и Кеннет тоже когда-то были такими же славными и добрыми.

За те пять дней, что я прожила в новом доме, почти позабылись обиды и сомнения, терзавшие меня рядом с мужем. Весь мой недолгий брак отсюда виделся жестоким испытанием. Я уже начала думать, что министерство Безопасности договорится с семьёй мужа о мирном решении вопроса. Понимая, что это лишь иллюзия, в которую так удобно верить, чтобы не сойти с ума от тревоги, я тем не менее тешила себя розовыми мечтами о самостоятельной и честной жизни разведённой женщины.

Утром шестого дня я проснулась со стойким ощущением, что сегодня моя судьба снова сделает крутой поворот. Хотя ничего во внешнем мире: ни слепящее глаза солнце конца лета, ни свежесть раннего утра, ни тишина сонного дома не предвещали перемен. Я лежала на спине и прислушивалась, пытаясь понять, с чего вдруг возникло подобное чувство. Однако вместо того, чтобы докопаться до истины, я повернулась на другой бок и незаметно заснула.

А проснувшись и выглянув в окно, выходящее во внутренний дворик на игровую площадку, поняла, что не ошиблась.

Филипп, как обычно, сидел на игрушечной лошадке, раскачивающейся взад-вперёд, и заливисто хохотал. Сара стояла рядом и трепала мальчика по голове. Я видела её только со спины и вначале недоумевала, с чего бы вдруг женщина покинула удобную скамью, на которой могла сидеть часами, переводя взгляд с ребёнка на страницы открытого романа. Она обожала истории о счастливой любви, заканчивающиеся браком.

Даже пыталась привить свою любовь к подобного рода сказкам и мне, но я только качала головой. В некоторых случаях после свадебных фейерверков начиналась жизнь, достойная книжных страниц. Хотя я была не уверена, что в конце романа правда останется на стороне невиновного. Оправдает ли меня закон? Или ему, как и господину Шилдсу, плевать на мотивы и обстоятельства обвиняемого?

Очнувшись от задумчивости, я снова посмотрела в приоткрытое окно, догадываясь, почему прогулка Филиппа вызвала во мне тревогу. Всё дело в напряжении, разлитом в воздухе, почти осязаемом и плотном, как утренние туманы Свитенвилля в конце лета.

Оба: и мальчик, и Маг, — кого-то ждали. Один с радостным возбуждением, другая с настороженностью и надеждой. Я обратила внимание, что Сара оделась сегодня не так безыскусно, как обычно. Хотя назвать нарядным платье столь насыщенного сиреневого оттенка, что он резал глаз, у меня бы язык не повернулся. Оно точно кричало: «Обрати внимание на меня. Я так выгляжу ради сегодняшней встречи».