Игрушка для драконов

Но я понимала, что обязана вернуться и продолжить борьбу, потому как если в безвременье не бывает боли, то нет и радости, любви. Только забвение, а я хотела тепла. Хотела жить и любить.

Свет разрезал темноту, и я вернулась. Слабость ещё не оставила моё тело, но увидев Ингвара, сидящего рядом и державшего за руку, я почувствовала себя хорошо.

— Где я? — спросила, увидев серый потолок казённого помещения. Мы находились в маленькой комнате, всё убранство которой представляли собой стол, испещрённый застарелыми чернильными пятнами, стул и грубо сколоченная кровать с продавленным матрасом, на которой я и лежала. Постельное бельё было чистым, но застиранным. Не хватало только решёток на узком окне, приютившемся под потолком, чтобы почувствовать себя арестованной.

— В соседней комнате, — тихо ответил Ингвар и снова опустил меня на подушку. — Целители сказали, что тебе пока рано вставать.

— Как отпечатки? Получились? — спросила я, всматриваясь в глаза Дракона. Света от пары ламп наверху было недостаточно, чтобы понять выражение лица инквизитора. То ли он был печален, то ли устал. Или я провалилась, так и не создав перед судьями ни одного отпечатка.

— Более-менее, — ответил он наконец и погладил меня по волосам. — Прости меня.

— За что? — ответила я и коснулась губами горячих пальцев Ингвара.

— За моё промедление, которое стало причиной твоих новых страданий, — Дракон вздохнул и, мягко высвободив руку, отошёл к окну, встав так, чтобы лицо оставалось в тени. — Тебе помешала Клара. Я с самого начала должен был услать её подальше, но формально повода не было, а Клара бы ни за что не согласилась. Она могла бы обратиться к Министру, главе Ока, и отстранили бы нас обоих, а я поступил эгоистично. Хотел, чтобы ты всё время была рядом и зависела от меня.

— Ты же меня терпеть не мог.

— Ну, это было вначале, — уклончиво ответил Ингвар. В его голосе мне послышалась усмешка. — После того, как тебя чуть не похитители, я впервые понял, что ты мне не безразлична.

От того, как резко я села в постели, снова закружилась голова. Я даже преувеличила свою слабость, ожидая, что Дракон захочет поддержать меня. А я кротко загляну в его глаза и, возможно, эта близость вызовет его на откровенность. Самолюбие требовало признания в любви, с некоторых пор моё чутьё обострилось, и я понимала, что стоит прикинуться слабой, и я получу его. А там, будь что будет!

Ведь тому, кому покровительствует Троединый, нечего опасаться козней смертных.

Расчёт был верен, Ингвар сгрёб меня в объятия и крепко прижал к себе. Я обвила его руками и положила голову на плечо.

— Скоро суд объявит предварительное решение, — прошептал Ингвар, целуя меня в макушку. — Я хочу, чтобы ты знала: никто больше не вернёт тебя к мужу.