Сборник "Игрок"

Опыта по изыманию одежды у безынициативно лежащего мужчины у меня пока не было, но ничего – пришлось, вот и научилась. Хотя удовольствия это, конечно, никакого не доставило. Зато наглядно убедилась, что его раны начали понемногу срастаться, а белое как снег лицо… отмыв с него кровь, я его, конечно, узнала… даже порозовело, перестав напоминать восковую маску.

Насчет ран Лин, со знанием дела оглядев пациента, заявил, что все в порядке. Дескать, через полдюжины дней даже следов не останется: «синьки»-то я на него извела чуть ли не с четверть наших сокровенных запасов. Но, в отличие от неглубоких порезов, с которыми я имела дело раньше, эти раны были серьезнее. Поэтому и выздоравливал «больной» не мгновенно, как я сперва понадеялась, а медленно и очень постепенно. Хотя, конечно, и в разы быстрее, чем без крови эара.

Однако потом встал вопрос о доставке. И, собственно, о том, надо ли вообще этим заниматься? Шейри считал, что мы сделали достаточно. Но, как ни ворчал Лин, я считала, что бросать беспомощного человека в лесу неприлично. Бросить серьезно раненого человека – вообще свинство. Но посадить его верхом было невозможно (я при всем желании такого кабана не удержу, да и покой ему нужен), а тащить следом, привязав веревкой за ногу, как предложил с мстительной ухмылкой демон, бесчеловечно. Проще самим добить, чтобы не мучился. Поэтому пришлось снова изобретать. Причем опять мне и опять в одиночку.

Но я придумала. Немного поднатужилась, посоветовалась с Тенями и все-таки придумала, как нам осуществить перевозку тяжелобольного. А потом и поделилась с демоном этой идеей. Которую он тоже обдумал со всех сторон и, смилостивившись, признал, что должна сработать.

По моей просьбе для нужд страждущего Хаса он даже хотел собственноручно отломить у ближайшей сосны ветку, чтобы сотворить из нее приличную лежанку, но я строго посмотрела, и шейри покорно отступил в сторону. Дав мне место прильнуть к голубой сосне и тихонько напеть ей несколько слов на певучем наречии эаров, которые умели находить язык с любым растением и с любой травинкой. Не больно-то я была в себе уверена, не слишком большой у меня имелся опыт в этом деле, не совсем мне понравилось, как эта трель прозвучала, прося у сосны об одолжении. Однако дерево, что удивительно, откликнулось. Сперва закачалось, зашелестело иголками. А потом наклонило самую пушистую ветку и буквально положило к моим ногам, легко отделив от основного ствола.

Лин на это только головой покачал, но без возражений ухватил толстую ветвь и потащил ее вместе с уложенным туда, как в колыбель, воином в сторону дороги. Кажется, тоже впечатлился моими способностями и всерьез задумался над тем, а куда же это в итоге меня приведет.