Сборник "Игрок"

Снова поправили, еще раз ободрили, заявив, что для первого раза не убила себя – и прекрасно. Пожелали работать дальше. Помогли подняться на ноги. Снова поправили, еще немного поделились опытом. И я даже начинала верить, что со временем все это у меня начнет получаться…

Однако потом случилось самое ужасное – в мои занятия вмешался не только легкий меч, которым махать было не в пример труднее, чем деревянной палкой, но и (едва руки окрепли и перестали ронять оружие) прибавились все те же кольчуги. Причем если по утрам я бегала в одной из легких, дабы раньше времени не устать и хоть как-то выдержать целый день сплошных издевательств, то заниматься приходилось в той, что потяжелее. Килограмма этак на четыре. Чтобы, как заявил Гор, тело сразу привыкало носить эту тяжесть, быстрее крепло, правильно усваивало нужные рефлексы и не подводило в схватке, замедляя удары, когда на него повесят настоящий доспех.

А еще представьте, что в промежутке между этими занятиями меня вытаскивал на прогулку соскучившийся по бегу демон… Представьте, что ради этого он перекидывался в громадного черного жеребца, у которого только копыто было побольше двух моих ладошек… Подумайте о том, что навыки верховой езды мне тоже приходилось получать сперва у Теней, а уж потом регулярно закреплять на спине этого ехидного чудовища… И о том, что само «чудовище» вдруг полюбило быструю езду и уже не слушало моих жалобных стенаний. Представьте, во что после этого превращалась моя несчастная пятая точка, несмотря даже на то, что этот гад все-таки вырастил на спине некое подобие седла и даже уздечку… И вот тогда вы поймете, до чего мне было весело и чудесно жить, изо дня в день занимаясь этими «милыми домашними пустяками».

Только одно спасало: выбитый и растворившийся зуб Твари-Тени. Думаю, в эти месяцы он работал так, как еще никогда в жизни, потому что сил на восстановление мне требовалось очень много, а взять их было просто неоткуда. Я же не маг. А звание Ишты не обязывает хранителя каждый день прибегать и ставить мне компрессы… в смысле кормить своей собственной силой, чтобы на следующее утро я могла хотя бы подняться. Но зуб как-то справлялся. И, как мне кажется, вытягивал из окружающего пространства такую прорву энергии, что только благодаря ему я не умерла после первой же недели тренировок. А со временем постепенно втянулась, окрепла. И через несколько месяцев даже двухчасовое скакание по поляне в полном доспехе и с тяжеленным двуручником (это Ас меня иногда баловал своими любимыми упражнениями) уже воспринимала не как изощренную пытку, а как еще один важный, хоть и весьма трудоемкий урок.