Сборник "Игрок"

Интересно, сработает или нет? И, главное, как именно это должно сработать?

Однако эффект превзошел все мои ожидания: от легчайшего прикосновения оборотень вздрогнул от неожиданности так, что мгновенно выронил и нож, и располовиненную тушку, из которой в данный момент старательно выковыривал внутренности. Более того, он едва не подпрыгнул — наверное, не надо было подкрадываться, как вору, со спины, — как-то странно выгнулся, издал какой-то жутковатый полурев-полустон, а потом…

Я охнула и в панике отпрянула, когда он буквально рухнул лицом вперед, страшновато выгибая спину и скребя окровавленными пальцами землю. Его мгновенно пробила мощная судорога. Сильное тело изломалось и мигом утратило сходство с человеческим. Добротная одежда обмякла, обвисла на нем, как на вешалке. А всего пару секунд спустя передо мной извивался всем телом и тихо постанывал тот самый рыжий зверь с волчьей мордой и гибким кошачьим телом.

Я перепугалась так, что едва не рухнула в спасительный обморок, чего за мной сроду не водилось. Но, честное слово, когда увидела, как корежит и крутит несчастного зверя, сто раз себя прокляла за поспешность и за то, что не удосужилась поинтересоваться у Мейра о возможной реакции на Знак. Самого-то оборотня я не боялась. Нечего уже бояться — видела, каким он становится, когда принимает звериное обличье. Я боялась того, что нечаянно сделала еще хуже и у внезапно перекинувшегося Мейра начнется полноценный эпилептический припадок. В какой-то миг я даже решила, что он прямо тут и испустит дух, потому зрелище было действительно страшным. Потом подумала, что это боль трансформации так сильно по нему ударила, потому что оборотень начал постепенно успокаиваться.

Я посмотрела на него чуть ли не со слезами.

Оборотень часто задышал и, вывернувшись из неудобной одежды, судорожно сглотнул.

— Мейр, ты как? Живой?

Он не ответил, и мне стало совсем плохо. Особенно когда рыжий зверь наконец отдышался, а потом приподнялся на дрожащих лапах, уставившись на меня огромными полубезумными глазами, в которых плескалось недоверие, изумление и какой-то первобытный страх. Я даже решила, что это из-за меня и что он ужасно страдает, а потом поклялась, что больше ни в жизнь не стану ни до кого дотрагиваться, кроме Лина, которому, кажется, Знак доставлял одно удовольствие. Но тут оборотень довольно бодро встряхнулся, вполне уверенно встал. Ошалело помотал головой. Пару раз замедленно моргнул, будто у него что-то случилось со зрением. Потом сделал неуверенный шаг навстречу…

И с тихим урчанием прижался ко мне щекой.