Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг

Вот теперь я мог видеть не только хаотично меняющиеся плиты пола, но и Неназываемого в комплекте с Макарией.

С натугой улыбаюсь, демонстрируя радость при виде сладкой парочки, и скашиваю глаза к себе за спину, указывая на пауков и намекая на желание избавиться от тюремщиков.

– Клац! – Присоединилось к моей просьбе очередное сломанное ребро.

Ноздри Неназываемого разъяренно раздулись, а сочувственно охнувшая Макария вскинула руку, формируя ударную волну, что многотонным молотом влепила по восьминогим тварям, отправляя их в короткий полет и размазывая по стене зелеными кляксами.

У снесенных невидимой битой пауков так и не хватило времени или желания отпустить мои руки, и теперь я корчился на плитах с травматической ампутацией обеих кистей. Макария, твою же мать!

– Ой, прости! – вскрикнула специалистка по самоубийствам, полностью исцеляя меня одной лишь силой своего желания и чисто символическим жестом.

– Бог простит… – тихонько пробурчал я, поднимаясь с хрустального пола и недоверчиво разминая пальцы, по которым даже не успел соскучиться. Расставание было недолгим, но впечатляющим.

– Внимание! Получено новое достижение: «Стоик!»

– В течение целого часа вы изнуряли себя тренировкой на полном пределе физической и психической нагрузки.

– Награда: Ловкость +10, Телосложение +10, Мудрость +10.

– Для получения достижения «Стоик II» необходимо увеличить время выполнения упражнения до трех часов. Желаете начать тренировку прямо сейчас?

Ну уж нет! Я в ужасе отмахнулся от сообщения, удивляясь фантазии админов. Или это сами законы магического мира реагируют на экстремальные, выпадающие из безликой массы события и достижения?

Со стороны высокого арочного прохода раздался шелест многочисленных лап. Блин, я с неудовольствием заметил, как внутри меня что-то испуганно сжалось – вот же твари, смогли-таки привить страх перед пауками.

Я успел лишь на секунду поднять взгляд и оценить разъяренную богиню, явившуюся в мифическом образе гигантской Черной Вдовы с женским торсом, и окружающую ее свиту из тварей поменьше, как Ллос злобно прошипела:

– Кто посмел?!

– Хрусь! Клац! – Могучая сила одним рывком вновь свернула меня в улитку с растопыренными крыльями.

Ух! Пока я смаргивал брызнувшие помимо воли слезы и обещал сам себе, что именно с таким вот звуком буду давить всех встреченных мной по жизни пауков, невидимое давление чужой воли сменило вектор и с натугой принялось разгибать меня в обратную сторону.

– Это… Мой… Слуга! – с усилием, сквозь сжатые зубы отпечатал Павший.

– Это мой РАБ! – рявкнула Ллос, опять вминая меня в пол.

Хрусь, клац…

– Он мой! – уже не на шутку обозлился Неназываемый и, щедро зачерпнув силу, вновь развернул меня.

Хрусь, хрусь – пожаловались мне позвонки.