Играя с Дьяволом

— Ты не можешь по собственной воле хотеть быть с ним, — Так он спаситель? Принц на белой доходяге или что там у него?

— Не могу? — Улыбаюсь уголками губ, всматриваюсь в глаза мужчины. — Это интересно почему? — Неужели и правда решил, что меня нужно спасать?

— Это жестокий человек, он любит играть, загонять в угол, лишать воли и желаний.

Возможно, вполне могу допустить что с кем-то он такой — жестокий, бескомпромиссный, безжалостный. С кем-то, но не со мной.

— Майкл, у вас создалось обманчивое впечатление, я не нуждаюсь в защите или спасении. Я не принцесса в башне, а вы явно не мой принц. Не та сказка, не та героиня, — пожимаю плечами и все-таки пытаюсь его от себя отодвинуть, но где там, рука мужчины сжимается на моем запястье. Похоже я кого-то разозлила.

— Мне не отказывают, — рычит сквозь зубы.

— Все бывает впервые, — я резко дергаю руку, но хватка мужчины железная, ничего не получается.

— Тогда пеняй на себя девочка, я не проигрываю, — тянет меня к себе, господи, да он решил продемонстрировать всем свои намерения. Резко впиваюсь каблуком в его ступню, хватка немного ослабевает, вырываю руку.

— Я с Гансом по своей воле и лучше сдохну, чем ко мне прикоснется такая мразь как ты, — шиплю и делаю шаг в строну. Майкл только усмехается, улыбается страшной улыбкой.

— Посмотрим, — его тон меня пугает, замораживает, становится моментально холодно и страшно, похоже я все-таки сделала что-то не так…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ганс"

"Милана…Мила… Лана…Девочка моя… Стерва ненаглядная, сучка бешеная. С ней не нужен допинг, каждая фраза, жест, движение — новая доза. Заряжает меня как от сети. Вдохновляет на новые подвиги, для нее хочется совершать поступки.

Чтобы глаза искрились, чтобы визжала от радости. Она не умеет принимать подарки, так и косится с опаской на тачку. Как будто ждет, что нагну раком и плату возьму за подарок. Похоже ей в жизни ничего не дарили просто так, не баловали. Девчонка ждет подставы каждую секунду, на измене постоянно.

Не хочет завесить от меня, не хочет быть обязанной. Желает играть на равных, твердо стоять на ногах. И я ценю это, она взрослеет, начинает осознавать куда попала. При всей ее наивности, растерянности, детской непосредственности — она прекрасна, идеальна, без изъянов. Не поменяю в ней ничего, ни единой повадки.

Пожираю ее глазами, на кол посажу того, кто шмотье ей покупал. Кто продает такие тряпки? Вроде, как и одета, и платье длинное, а все равно все видно, все ее формы, все изгибы. Скольжу по яркой ткани, вызывающему цвету. Она бросает вызов всем мужчинам в комнате, трясет перед моими глазами красной тряпкой.