Играя с Дьяволом

Ведь я была хорошей девочкой… ну ладно может и не такой хорошей, но невинной… Никогда во мне не возникало желаний о подобном… А сейчас… хочу попробовать его, облизать член, заглотить по самые яйца и услышать его рык, стон, хочу чтобы обо мне мечтал, чтобы член колом стоял, только обо одной мысли обо мне, чтобы все его бабы на хрен шли!

Только Я! И больше никого, чтобы насытиться не мог, ночами просыпался от того, что я снюсь, хочу ужасом его стать, ночным кошмаром, везде Я и только Я. Вздрагиваю от собственных мыслей, от больных желаний, я начинаю быть зависимой от него. Недавно от страха вздрагивала, а теперь боюсь, что уйдет, что к женщине той пойдет…

— Хочу еще, — хрипло выдаю, в глаза его страшные всматриваюсь, вижу его звериный оскал…

— Бешеная, — рычит, — У тебя руки в кровь стёрты, а ты на член карабкаешься, ненасытная сука.

— Тебе же это нравится, — господи, сама себя боюсь, с кем играю? Чего прошу? Еще раз? В этой комнате? С этим Демоном? Чувствую, как его член снова стоит, угрожающе упирается между ног, пытаюсь сама насадиться, за что получаю сильный удар по попке, вскрикиваю.

— Я решаю, как тебя трахать, слишком много о себе возомнила, — всхлипываю, между ног тянет, в животе скручивает судорогой, хочу еще, нуждаюсь в нем, он нажимает на кнопку и цепи опускаются, ножки касаются земли. Слышу громкий щелчок сначала одно запястье, потом второе, адская боль пронизывает тело… Кричу, слезы текут по щекам, падаю вперед, он подхватывает меня на руки. Прохожусь взглядом по своим рукам и прихожу в ужас, раны, запекшаяся кровь, боль ужасная…

- Сама виновата, нечего было выделываться и на цепях подтягиваться, — вздрагиваю от его грубого тона, он уже возле меня, осматривает запястья и я улавливаю огонек в его глазах, ему нравится… То, что мне больно, то что я плачу, нравится оставлять на мне отметины, метить своим метками, уверена, он хотел бы сделать больше, но сдерживается, не разрешает сам себе…

Мои запястья старательно обрабатывают, сначала осматривает доктор, что-то говорит, а потом Ганс отбирает у него пузырьки, мази, бинты и сам обрабатывает раны… Я в его комнате, меня унесли из преисподней, пока рядом был доктор все было хорошо, но как только подошел ОН, тело моментально бросило в жар, боль притупилась…

Раны обрабатывались, щипали, слезы катились из глаз, но я не шипела, не кричала, а жадно его рассматривала то, как напрягалось его лицо, когда осмотрел раны в близи, как перекатывали его мышцы под тканью рубашки…

Я попала, да так сильно, что самой было страшно, ужасно хотелось провести языком по его шее, почувствовать еще раз его вкус, впиться в губы и почувствовать прикосновения его грубых рук, чтобы задницу мою смял, в себя впечатал, Ганс грубо крикнул доктору убираться, на немецком, а я уже не могла сде