Мы играем в пистолеты

Я только усмехнулась. Вот так вот, бац — и новая жизнь началась. В которой пока тоже ничего хорошего нет. Первая злость и шок прошли, бурную деятельность я проявлять тоже перестала, устала, да и надоело, если честно, к тому же к чему её ещё применить, я никак придумать не могла. Помаялась немного, и на работу вернулась. Лёва обрадовался. Похвалил, расцеловал даже, а я, пользуясь его хорошим настроением, намекнула, что дама я теперь одинокая, содержать меня некому и аванс бы не помешал. Шильман порадовал меня своей сговорчивостью, и в тот день мы расстались довольные друг другом. И я даже ещё раз пообещала заработать для него миллион.

А вот сотрудники в офисе ко мне присматривались с некоторым злорадством. Девчонки многозначительно переглядывались между собой, а я лишь поздоровалась и на своё рабочее место села. Включила компьютер и принялась перебирать почту, по сторонам не смотрела. Мне-то любопытно не было, без меня у них вообще ничего не происходит.

— Ника, как отпуск? — всё-таки поинтересовалась Лена, а сама глазами на подруг сверкнула.

Я только кивнула, не поднимая головы.

— Правда? А мы слышали, ты развелась.

— И что теперь делать будешь?

— Странный вопрос. — Я отложила письма, на кресле откинулась и по привычке ногу на ногу закинула. — Мужа искать. Слава богу, в нашей стране проблем с мужчинами нет. — И улыбнулась девчонкам, которые, как одна, были незамужние. Они снова многозначительно переглянулись между собой, мне достался холодный взгляд, а потом все разошлись. Я сдержала вздох. Ну вот откуда они все всё узнают? Кто им докладывает?

Приходилось держать лицо. Я очень старалась вести себя, как обычно, и, наверное, у меня получалось, потому что девчонки на работе на меня совсем разобиделись и взгляды их перестали быть злорадными, как в первые дни. Они снова на меня злились за каждую мелочь. Я же себя мысленно поздравила. А о том, что у меня на душе творится, никому знать не нужно. Все свои проблемы я дома оставляла, а на работу шла с настроем на самом деле заработать этот самый миллион. Ведь если я его заработаю, мне перепадёт с него немалая часть. К тому же, работы хватало, засиживаться не приходилось. Шильман только руки потирал, предвкушая хорошую прибыль.

— Порадуй себя, порадуй, — говорил он, выдавая мне зарплату и прикладывая к ней отдельно ещё конвертик. — В Москву съезди, устрой себе праздник.

— Нет, не поеду. Копить буду, — неожиданно заявила я и призадумалась, стараясь быстро придумать, на что именно я буду копить деньги.

Лёва удивлённо приподнял брови.

— На машину. Может быть…

— О-о. Ника, тебя на подвиги потянуло?

Я махнула на него рукой.

— Ну тебя. — А конвертик спрятала в сумку, в кармашек, который на молнию застёгивался.