Игра в жмурики

- Мальчик мой, - проговорила я, - а где же все?

- Ох, мадам, это вы? - Софи распахнула двери. - А мы и забыли, что вы сегодня приезжаете! Я вошла в холл.

- А где все, Софи? Женщина не отвечала.

- Где все? - тупо продолжала настаивать я. Странный, знакомый запах витал в доме: цветы, лекарства, духи... Страшное подозрение схватило меня за горло.

- Софи, - заорала я не своим голосом, - отвечай сейчас же, что здесь происходит? Уволю!

Не дождавшись ответа, я понеслась в гостиную, распахнула двери и замерла: словно кучка черных ворон, на диване восседала семейка Прудон.

- Мамочка, - всхлипнула Маня и, как в детстве попыталась спрятать голову у меня на груди. - Мамочка, Наташка умерла, завтра похороны.

Перебивая друг друга, мои домашние выкладывали мне страшные новости. В один из вечеров у Наташки разыгралась мигрень. Она выпила лекарство и пошла спать. Очевидно, как предположил комиссар, ночью ей стало хуже. Она приняла таблетки еще раз и запила их для лучшего действия коньяком. Во всяком случае, полупустую бутылку коньяку нашли на тумбочке, около кровати, а в крови было обнаружено значительное содержание алкоголя. Потом ей стало душно, она распахнула окно своей комнаты на третьем этаже, но, потеряв сознание, рухнула вниз. И, к несчастью, ударилась головой о крышку канализационного люка. Смерть, как утверждают врачи, была мгновенной.

В день похорон я последний раз погладила Наташку по рыжим кудрям. ""Оказывается, она не красила волосы, - подумалось мне некстати, - у корней не пробивался другой оттенок"". И вообще, хорошо зная друг друга, мы многого не замечали. Откуда, например, у Наташки на шее этот небольшой шрам, прикрытый бусами? Может быть, она делала операцию на щитовидной железе? Бусы эти надела на нее Машка. Несмотря ни на что, держалась она спокойно, но вот в день похорон потребовала надеть на умершую бусы.

- Наташка говорила мне, - настаивала Машка, -- что хочет быть похороненной с этими бусами. Мы говорили с ней о похоронах, и она хотела, чтобы ее похоронили в них.

Пришлось пойти ей навстречу и обмотать шею покойницы агатами.

Процедура вскрытия завещания была мне уже знакома. Все те же лица Андре, Яцек, Жаклин, Аллан, Прудоны и мы. Нотариус развел руками:

- Мне трудно подобрать приличествующие случаю слова, мадам: за такой короткий срок вы потеряли зятя и сестру. Какой рок преследует вас!

Я кивнула, хотя никогда не верила в судьбу и роковые совпадения.

Распоряжения Наташки были короткими: кое-что на память друзьям, а основной капитал делился между Аркадием и Машей. Я назначалась опекуном с обязательным годовым отчетом о тратах. Чтобы владеть деньгами, мои дети должны были выполнить ряд условий. Во-первых, получить образование, во-вторых, обеспечить жизнь своей матери, то есть мне.