Игра в «Потрошителя»

— Дед, ты меня любишь?

— Ни капельки.

— И я тоже. — Аманда бросилась ему на шею."

"Блейк Джексон зарылся носом в копну внучкиных курчавых волос, вдохнул запах салата — очередная прихоть: ополаскивать голову уксусом — и подумал, что через несколько месяцев Аманда уедет в университет и его уже не будет рядом, чтобы защитить ее; девочка еще не уехала, а он уже по ней скучал. В головокружительной последовательности перед его внутренним взором предстали все этапы этой короткой жизни: вот хмурая, пугливая малышка часами сидит в палатке, сооруженной из простынь, и в это убежище имеют доступ только невидимый друг по имени Спаси-Тунца, несколько лет сопровождавший ее, кошка Джина и он сам, если только, в знак особого расположения, его приглашали выпить чаю понарошку из крошечных пластмассовых чашечек. «В кого она такая уродилась?» — недоумевал Блейк Джексон, когда шестилетняя Аманда обыграла его в шахматы. Явно не в Индиану, которая парила в облаках, через полвека после хиппи проповедуя мир и любовь, и тем более не в Боба Мартина, который к тому времени вряд ли дочитал до конца хоть какую-то книгу. «Не переживай: многие дети кажутся гениями, а потом застывают на месте. Твоя внучка опустится до уровня обычного идиотизма, когда у нее выплеснутся гормоны», — утешала его Селеста Роко, которая могла нагрянуть к нему домой в любой момент без всякого предупреждения (Блейк боялся ее, как Сатаны).

На этот раз предсказательница ошиблась: в отрочестве Аманда вовсе не застыла на месте, и единственное заметное изменение, вызванное гормонами, касалось внешности. В пятнадцать лет она вытянулась, достигнув нормального роста, ей поставили контактные линзы, сняли брекеты, она научилась управляться со своей курчавой шевелюрой — и возникла тоненькая девушка с точеными чертами, унаследовавшая темные волосы от отца, а от матери — прозрачную кожу. Притом она ни малейшего понятия не имела о своей миловидности. В семнадцать лет она все еще шаркала ногами, кусала ногти, одежду выискивала в секонд-хэнде и всячески ее перекраивала под влиянием момента.

Когда дед ушел, Аманда на несколько часов почувствовала себя полной хозяйкой положения. Через три месяца она окончит школу, где ей все нравилось, если не считать пустопорожней трепотни по спальням, и отправится в Массачусетс, в тамошний Технологический институт, где учится Брэдли, ее виртуальный жених, который рассказывал о лаборатории СМИ, райском уголке для тех, кто обладает воображением и способен творить: в самый раз для нее. Парень был само совершенство — чудак, как и она, с чувством юмора и далеко не урод: занимаясь плаванием, он приобрел широкие плечи и здоровый загар, а полная химических добавок вода в бассейне придала его волосам зеленовато-лимонный оттенок.