Игра в отрезанный палец

Хотели четыре тысячи дойчмарок, а отдали за две восемьсот.

Ник посмотрел на магнитофон, потом перевел взгляд на принесенный пакет.

Ему стало понятно, что денег у Сахно больше нет. Он вздохнул.

— А ночевал ты где?

— В машине. Заблудился немного ночью. Тут речка есть, я и выехал на набережную и возле какого-то памятника тормознул. Утром уже отыскал вокзал, а потом и сюда доехал.

Вся эта информация пока с трудом просачивалась в уже проснувшееся сознание Ника. Вроде бы все было ясно. Все, кроме одного: что следующее выкинет Сахно?

Покупать ему уже не на что. Может, самолет украдет?

— Ты мне двести марок не одолжишь? — неожиданно смягчившимся, приятельским голосом спросил Сергей. Ник хмыкнул.

— Ты что, мысли мои читаешь?

— А ты что, хотел сам мне двести марок предложить? Или хотел предложить пятьсот, а я, дурак, попросил только двести?

Нику стало весело. Он смотрел на опухшего улыбающегося Сахно и думал о том, что этот парень, похоже, ни в какой ситуации не пропадет. Разве что по полнейшей глупости.

— Так что, дашь двести марок?

Ник достал свой конверт. Протянул Сахно четыре купюры по пятьдесят.

— Я тебе за это город покажу! — пообещал Сахно. — Классный город!

Прокатимся с ветерком. Только сначала угости завтраком!

— Завтрак внизу, — сказал Ник. — Он входит в стоимость номера, так что можешь сам себя угостить!

Сахно быстро принял душ, и они спустились в гостиничный ресторан.

— Самообслуживание? — удивился Сергей, увидев на двух составленных столах стопки чистых тарелок, несколько блюд с тонко нарезанными колбасой, ветчиной, сыром. Кувшины с апельсиновым соком стояли рядом с двумя большими термосами.

Один термос был пузатый и напоминал чайник. Второй был высокий.

Ник взял тарелку, положил на нее две маленькие булочки, ветчину и сыр.

Отнес за ближайший столик. Потом налил себе кофе из высокого термоса.

Сахно кивнул и сделал то же самое, только наложил себе в тарелку кусков двадцать ветчины и колбасы."

"— Сначала надо сделать будерброды на день, — объяснил он. Сделав шесть бутербродов, он завернул каждый в отдельную салфетку и только после этого принялся за еду. В ресторане никого, кроме них, не было — Неплохая страна, — прожевывая бутерброд, произнес Сахно. — Жаль, что они в школах русский не учили. Это было б вообще полный вперед!

После завтрака Сахно повел Ника к машине. Машина была действительно длинной — метров пять. Издалека она смотрелась основательно, но приблизившись, Ник заметил, что ее рихтовали, должно быть, не один десяток раз. И красили, похоже, тоже частенько, хотя краска была качественная.

Удивило Ника то, что в машине было только два передних сиденья, а сзади — приподнятое выше уровня спинки сидений грузовое отделение. Только две дверцы впереди и одна сзади.