Игра в отрезанный палец

Надя, — он еще раз обернулся к дочери, — сделай нам кофе!

В кабинете Захарии на огромном столе красовались два телефона и компьютер.

Но пространство перед креслом было завалено деловыми письмами, поверх которых лежала открытая широкая тетрадь с расчерченными листами. На развороте тетради вразброс были написаны какие-то суммы. Приглядевшись, можно было, конечно, понять, что каждая сумма, состоящая из шести или семи цифр, была расположена на строгом пересечении горизонтальной и вертикальной линий.

За стеклами стоящего в углу шкафчика красовались десятки пачек разных сигарет.

— Садитесь! — Захария указал на два стула для посетителей, стоящих по другую сторону стола. — Сейчас кофейку выпьем! Долетели хорошо?

— Да, отлично, — Рефат кивнул. — Через Рим. Захария тяжело опустился на кресло.

— Там все прошло нормально? — спросил он, уже устроившись за столом и закрывая бухгалтерскую книгу.

— Да, — сказал Георгий.

Зазвонил телефон. Захария снял трубку. Сказал что-то по-арабски, потом, не отнимая трубку от уха, снова подтянул к себе широкую тетрадь. Раскрыл ее, взял ручку и, переспросив что-то у телефонного собеседника, вписал на страницу новую сумму.

Опустив трубку на место, он улыбнулся.

— Тут все готово? — спросил по-английски Георгий. В его голосе чувствовалось напряжение.

— Тут? Конечно! Это самое надежное место! Пока не приходило подтверждение, но как только придет — мне позвонят! — Захария кивнул на телефоны.

Надя внесла поднос с кофе. В комнате запахло корицей. Оказалось, что корица присутствовала и в кофе..

Минуты три сидели молча.

— Георгий, — вкрадчиво заговорил Захария. — Я хотел уточнить… Немного подорожали складские услуги…

— Ты хочешь доплаты? — спросил Георгий. Захария медленно кивнул.

— Сколько?

— Немного, полмиллиона хватило бы…

Георгий и Рефат переглянулись.

— А к погрузке все готово? — спросил Рефат.

— Все! — улыбнулся Захария. — Вы же знаете, у меня все работает, как швейцарский банк. Если что не так, я же не убегу! Рефат вздохнул.

— Я отсюда позвоню! — сказал он, поворачивая один из телефонов к себе.

— Пускай через «Вестерн Юнион» переведут, это больше часа не займет! — произнес негромко Захария. Рефат дозвонился в Москву быстро.

— Запиши, — приказал он человеку на другом конце провода. — Через «Вестерн Юнион» дослать пять и пять нулей.

Когда Рефат опустил трубку на аппарат, на лице Захарии улыбались не только губы, но и глаза. Даже его крупный нос, казалось, тоже как-то по-своему улыбался.

Снова наступило молчание и длилось оно минут десять, пока не зазвонил один из телефонов. Захария снял трубку, внимательно выслушал кого-то."

"— Все отлично, — сказал он, опустив трубку на место.