Игра в наперстки

В данном случае он будет моими ногами, – ответил Рассолкин.

Он общался весело и непринужденно, шутил, но все же Гурова не покидало странное ощущение.

Как будто Льву Рассолкину, по-настоящему медийной личности, нечего терять. И именно поэтому он вел себя настолько легко и непринужденно. Полковнику приходилось встречать по долгу службы разных людей. И именно так вели себя те, для кого завтра может и не наступить.

И снова Гуров поставил себе еще одну заметку в памяти, чтобы не забыть и проверить медицинскую карту Рассолкина. Врачебная тайна это одно, но когда идет расследование, лучше, чтобы все данные были перед глазами.

Глава третья

– С кого из жертв начнем? – спросил Крячко, входя в кабинет с очередным ворохом бумаг. Техники постарались и распечатали максимально подробно все, что могли отследить, даже последние записи на социальных страничках жертв.

Они не пересекались даже там. Не было общих записей, каких-то комментариев и прочего.

– Смотри-ка. А химик у нас все-таки есть, – сказал Лев другу, уже в пятый раз просматривая список участников фестиваля. Химик был. Точнее, была. И не просто химик, а фармацевт, у которой был свой бизнес. И она дважды выступала на разных секциях и тоже должна была быть на пароходе.

Лучше, конечно, было бы не вызывать такого интересного свидетеля, а навестить ее на месте работы. Якобы просто проезжали по другим делам и вот решили заехать проверить. Чистая формальность, не стоит ни о чем беспокоиться. Чтобы не спугнуть, если дама в самом деле имела какое-то отношение к изготовлению лекарства и газа, которыми отравили людей. Но это было бы слишком просто и слишком явно. Скорее всего, пустышка. У Станислава благодаря мошенникам братьям Рассуловым появился небольшой след «Благодетелей» – тех самых благотворителей, которые были спонсорами конвента. После того как бывших владельцев судоходной компании как следует припугнули делом о причастности к массовому убийству, они начали сотрудничать и словно фокусники из шляпы стали доставать свидетелей, липовые банковские счета, телефонные разговоры и даже записи с камер на парковке. Бывают дела, в которых информации и свидетелей недостаток, а в этом деле что материалов для следствия, что данных для исследования экспертам, что посторонних людей был переизбыток.

Лев поехал в офис фармацевта, внутренне готовясь к очередному пустому разговору.

Это же подтвердил и Рассолкин, который позвонил, чтобы сказать, что отправил на почту отдела записи с заседаний, церемонии открытия и пикника на открытом воздухе. Оказалось, что на конвенте работал видеооператор. Странным было, что никто из организаторов не упомянул об этом. Как оказалось, он тоже знал фармацевта. По его словам, никто не знал, что она делает на конвенте.