Игра в наперстки

На этом месте Гуров сделал себе в голове отметку, что нужно обязательно проверить, что там были за ведомства и в каких делах с ними сотрудничала настолько «медийная персона», как сказали ему сегодня на проходной госпиталя. «Все сложнее держать оборону от прессы, когда у нас тут настолько медийная персона лежит».

– Продолжайте.

– Конвент, на котором мы были, далеко не самое популярное мероприятие. Это был скорее повод встретиться и подумать над новыми проектами, но даже если бы там произошел террористический акт… Это была бы очень странная цель. Я бы проверил, что общего у всех убитых. И всех, кто был в этом микроавтобусе.

– Думаете, что будут еще жертвы?

– Нет, вряд ли. Скорее всего, он или она хотели убить именно этих пятерых. Но я думаю, что это вы уже и сами догадались. Вы определили, что у них общего?

– Ничего. Они нигде раньше не пересекались.

Рассолкин подумал немного, ковыряя землю кончиком больничной трости. Она ему не очень подходила по росту, но удивительно сочеталась с ним по образу. Добавляла ему завершенности.

– Я думаю, что дело не в том, что они где-то могли пересекаться. Нет. Скорее всего, должно быть что-то общее в роде занятий или поступках. Меня всегда завораживала психология маньяков.

– Ох, надеюсь, что у нас не тот случай, – рассмеялся Гуров, поднимая обе руки в жесте «сдаюсь». – В нашем деле только маньяков и не хватает.

Рассолкин радостно улыбнулся:

– Так вы пойдите от обратного. Хотите пари? Докажите мне, что это не маньяк. Что у наших, хорошо, у ваших жертв не было ничего общего. Кстати, триггером для маньяка могло бы служить все, что угодно: начиная от голоса и заканчивая книгой или вещью, цветом волос, случайно сказанной фразой, но это, кстати, не наш с вами случай. Такие маньяки убивают спонтанно. Это были бы порезы, драка, множественные повреждения. А тот, кто пытался убить нас, психопат. И он прекрасен. С точки зрения планирования, расчета времени, места. Всего. Я, кстати, не удивлюсь, что это мошенничество с судоходной компанией – его рук дело. Скорее всего."

"– Еще немного, и мне придется взять вас на карандаш как возможного подозреваемого. Вы слишком много знаете или слишком о многом догадываетесь.

– Да ладно вам. Произнесите это вслух: я слишком умный. Польщен. – Рассолкин весело и лукаво улыбнулся: – Ну так как? Пари? И я обещаю не использовать ваше имя в книге.

– Пари, – кивнул Лев. – А почему бы и нет.

Наверное, именно этого иногда не хватало Гурову. Вопреки всему в последнее время ему стали нравиться детективы. Но это были не классические детективы, которые часто показывают по телевизору и где они с Крячко могли вычислить убийцу с первой серии. Гуров с удовольствием читал… исторические детективы.