Игра в любовь

Не боишься, что моя грязная тень коснется твоего кристально чистого досье?

Патрик самым натуральным образом шарахнулся от меня. Словно я правда заразная.

– Ты сама не понимаешь, что говоришь. Я хочу помочь.

– Давай ты сейчас уйдешь, – улыбнулась я. – Пока нас никто не видел. За кофе не переживай, сама заплачу.

– Кэрри, зачем ты так? Мы же друзья, – обиделся мужчина, поднимаясь.

– Друзья? – с усмешкой повторила я. – Настоящий друг никогда бы не поверил всем этим россказням. А ты поверил…

– Кэрри, я…

– Иди, Патрик. Иди.

Я некоторое время смотрела ему вслед. Потом залпом выпила кофе, ошпарив себе кипятком горло. Да так, что слезы выступили на глазах.

Стерев крохотные капельки с ресниц, потянулась к сумочке и достала телефон. Нашла нужный номер и нажала дозвон.

Он ответил почти сразу.

– Забери меня, – произнесла я.

Небольшая пауза.

– Сейчас?

– Через полчаса.

– Буду, – коротко отозвался Бесфорт, отключаясь.

Глава седьмая"

"Заявление об увольнении легло на стол начальника уже через десять минут. Большой белый лист, исписанный аккуратным почерком. Господин Урфариус молча взял его, так же молча пробежал глазами и засунул в верхнюю папку, что лежала на краю стола. И лишь после этого поднял на меня свои водянисто-белые глаза.

– Вы приняли верное решение, Грей, – прокаркал мужчина.

– Вы себе даже не представляете, насколько верное, – отозвалась я, улыбнувшись в ответ.

Я смотрела на него и улыбалась. Хотя сейчас больше всего на свете хотелось вырвать у него эту бумажку, разорвать на мелкие куски и закричать на все здание, что я не виновата, но… Это не поможет, а лишь больше унизит.

Именно поэтому я улыбалась, гордо расправив плечи и выправив спину.

Никто из них не сломает меня. Не дождутся.

– Я могу уйти прямо сейчас?

– Так будет лучше. Расчет для вас уже делают.

– Как оперативно, – не удержалась я от язвительного комментария.

– Мы уважаемая фирма и привыкли думать на сто шагов вперед, – отозвался бывший начальник, задрав нос так, словно это он стоял во главе фирмы и руководил здесь всем.

Такая же пешка, как и все остальные. Не больше. А я-то думала, что смогу пробиться через этих шовинистов. Наивная дурочка.

– И что ты будешь делать? – тихо спросила Бес, когда я вернулась к себе и принялась собирать вещи в картонную коробку.

Вроде их не так много, а коробка набралась до самого верха.

Фото в массивных рамках, подарки на прошлый день рождения. Ручки, те самые, смешные. Одна с длинным розовым пером, а вторая украшена сверкающими камешками.

Любимые книги, которые я так и не открыла за все это время.

Блокнот для записи, на обложке которого был жирный голубой кот в зеленую полоску.