Игра в кубики

– На вас поступило заявление.

– От кого?"

"– Фамилию не помню, но суть в том, что вы во время оказания помощи присвоили себе золотую цепочку с крестиком.

– Что?! – Вика выпрямилась и с негодованием посмотрела на сидящего за пианино полицейского. – Я?! Цепочку?!

– Вы не волнуйтесь, Виктория Павловна, разберемся.

– Ну, так не теряйте времени, ищите – вы же у меня в квартире!

– Нужна санкция, а ее дадут только в том случае, если дело возбудят. Пока проверка идет, – он бережно закрыл крышку инструмента и повернулся к Вике: – Вы не волнуйтесь, разберемся. Я-то лично понимаю, что ничего вы не брали, бред это все, но заявление есть, вы ведь понимаете…

– Понимаю, – бросила Вика и пошла открывать дверь приехавшей бригаде.

– Что, Негрич, сама не справилась? – с порога спросила кардиолог Севрюгина, которую на подстанции все так и звали – кардиолог Севрюгина, без имени-отчества, которые, как казалось Вике, не все даже знали.

– В стационар надо, ритм плохо восстанавливается.

– Ладно-ладно, это ж я так…

Врач прошла в комнату Вики, где лежала Светлана Александровна, и, увидев там полицейского, удивленно спросила:

– А конвой зачем?

– А конвой мне. Сейчас в «обезьянник» поеду, кто-то накатал на меня, – криво усмехнулась Вика.

– Ничего, у нас есть поговорка – пока в райотдел не прокатилась, считай, и не работала. Я на первом году раза три заезжала – то украду что на вызове, то на убийство покушаюсь, то еще какая хрень, – успокоила Севрюгина, надевая на руку Светланы Александровны манжетку тонометра. – Разберутся, не бойся, даже испугаться не успеешь.

– Ну и работа у вас, – сказал молчавший до сих пор пожилой полицейский, – это ж те, кого вы с того света вытаскиваете, на вас же заявления пишут? Хороша благодарность.

– Ой, можно подумать, вы впервые это видите, – отмахнулась кардиолог. – Такие сволочи попадаются – не дай бог! Так-с… ЭКГ сейчас снимем, но тут все показания к госпитализации, так что вещи собери тетушке, – это относилось уже к Вике, и та кивнула:

– Готово все. Тебя доктор довезет, а я сразу, как отпустят, приеду, хорошо, мама Света?

Та только кивнула, закрыв глаза, и Вика заметила, как из-под ресниц потекли слезы.

– Нууу… ты что? Прекрати сейчас же! Вон и товарищ полицейский тебе подтвердит – никто меня не посадит, я ж ничего не брала. Выясним все, и я приеду, – Вика взяла вялую руку тетки в свои, прижалась щекой: – Мама Света… ну, ты ведь понимаешь, да? Так случилось. Я ни в чем не виновата, значит, меня отпустят. А тебе нужно лечиться.

– Все, Светлана Александровна, давайте ехать, – сказала Севрюгина, просматривая ленту только что снятой ЭКГ. – И молодых людей задерживаем, им, поди, еще пару фельдшеров задержать нужно.

– Доктор, не стоит так, – попросил полицейский.