Игра в кубики

Да, процесс общения с ним ей никак не удается выстроить, она никак не может нащупать подход к оперативнику, но, в конце-то концов, главное, чтобы дело делалось, а уж как оно там в процессе – начальству без разницы.

Журналист

Борис не любил маленькие провинциальные городки. Он не мог объяснить, почему это происходит, но всякий раз, выезжая из столицы, Нифонтов чувствовал себя неуютно, словно оказывался совершенно голым на площади. Ему казалось, что в таких маленьких городках все как на ладони, ни от кого ничего не скроешь, каждый человек на виду и словно находится в рентгеновском аппарате. Это ощущение вызывало у Бориса панические атаки, в чем он, конечно, никому и никогда не признавался.

Как назло, в последнее время ему все чаще приходилось выезжать именно в такие вот места, где пространство, казалось, давило и сжимало, заставляя съеживаться.

«Я как Алиса у Кэрролла – выпил из пузырька, не прочитав этикетку, и стал большим, а как теперь вернуть все обратно, не знаю, – думал Борис, шагая по улице в направлении городской прокуратуры. – И мне срочно нужен другой пузырек с волшебным зельем, чтобы вернуться в прежнюю форму».

В прокуратуру его не пустили. Стоявшая у рамки девица в погонах сержанта уперлась и не отреагировала на обаятельную улыбку:

– Если вам не назначено, то нечего тут делать.

– Но поймите же – у меня редакционное задание, мне нужен материал.

– Запишитесь на прием, – металлическим голосом отчеканила девица.

– Девушка, милая, да у меня сроки горят, понимаете? – Нифонтов внутри уже закипел, но старался держать себя в руках.

– Понимаю. И даже сочувствую. Но помочь ничем не могу – порядок.

Поняв, что ничего не добьется, Борис счел за благо отступить.

– Но хоть скажите, как узнать, кто ведет дело о двух убийствах?

– Тут все ведут дела и о двух, и о трех убийствах, – отрезала девица, и Нифонтову ничего не оставалось, как выйти из здания прокуратуры и позвонить своему главреду.

Ник Ник недовольно спросил:

– Ты что – сам разучился? Непременно я должен начальству позвонить?

– А вы думали, что они мне тут красную дорожку раскатают? Понятно ведь – прессу не жалуют, а в таких делах особенно. Так позвоните?

– Да, сейчас, – недовольно отозвался главред и бросил трубку.

Борис посмотрел на часы, вынул сигареты и зажигалку, закурил и приготовился ждать.

Обычно подобные ситуации разрешались минут за десять – сказывалось довольно громкое имя Нифонтова, хорошо известное и за пределами столицы. Но сегодня что-то пошло не так.

Стрелки часов двигались, а Борис так и оставался на крыльце прокуратуры без возможности попасть внутрь. Мимо него то и дело проходили люди, а Нифонтов так и стоял у металлической урны с пепельницей, полной окурков.