Игра Саида. Единственная

Если у Эмина остались помощники…

– Нет, на бизнес они не покушаются. Лучше расскажи, что сыну везешь.

Уловка срабатывает, брат тут же переключается. Постоянно о своем пацане болтает, гордо рассказывает всё. Никогда не подумал, что именно этот брать семейным человеком станет.

Я ведь не соврал. Эмину поебать было на мои дела. Я в этом обвинял, но ошибся. У него была личная месть, за грехи, о которых я даже не помнил. И попытка помочь Нике. Возможно, что именно из-за неё всё и начал.

Но это уже не волнует.

Куда больше внимания привлекает Ника. Укладывает ладошку на моё бедро, поглаживает. Глаза прикрыла, будто она тут ни при чем. Не её пальцы стояк вызывают.

– А помните, как Халид…

Разговор переплывает в другое русло, семейные истории вспоминаем. Мало у нас общего, но что-то да есть. И этого хватает, чтобы вечер провести спокойно.

Если бы не блядская ладошка Ники.

Она со временем сильнее сжимает, возле самого члена держит.

А после отпускает, и невинно лимонад пьет.

И снова.

Доиграется пташка.

– Хм, - невнятно отвечает на какую-то историю. Кивает, но не двигает свою голову с моего плеча. Уже как влитая лежит. – Да?

– Именно. Саид ещё тот упрямый засранец.

– Устала? – наклоняюсь, когда понимаю, что Ника творит. Капризная беременная девочка, которая просто домой хочет. – Поедем сейчас.

– Нет, всё нормально. Не надо, - а моргает так медленно, что вызывает усмешку. – Я в порядке.

– Вижу. Отрубишься сейчас.

– Нет, Саид, я не хочу спать. Просто… хорошо.

Хорошо, как же.

А зевок это подтверждение всех заявлений.

Поднимаюсь на ноги. Слишком резко, потому что пташка вздрагивает. Едва на диван не падает, теряет опору. И хмурится недовольно, едва не обиженно дует губы.

– Мы домой, - бросаю братьям, пока те спорить не начали. – Ещё нужно закончить дела.

– Скажешь, когда похороны.

– Обязательно.

Обещаю и тяну девчонку за собой, пока та не начала спорить и задавать лишние вопросы. Набрасываю ей пальто на плечи, взглядом нахожу машину. Ребята уже подогнали, молодцы.

Стоило Тахира отодвинуть, другого поставить начальником, как все остальные лучше работать начали. Слаженный механизм, никаких больше промашек.

– Сам поеду, - бросаю водителю, когда тот дверь Нике открывает. – Вы следом.

– Господин Хаджиев, по поводу засады на дороге… Распоряжения не было.

– И не будет. Отбой.

– Понял.

Ника быстро от верхней одежды избавляется, как только включаю печку. Греет ладошки, на меня поглядывает. Но молчит упрямо, хотя в глазах миллион вопросов.

– Спрашивай, пташка.

– Что ты с ним сделал?

– С кем?

– Саид! Ты знаешь о ком я говорю.

– Знаю. Но не знаю, почему ты об Эмине так беспокоишься.

– Потому что он твоя семья. И он помогал мне. Я знаю, что тебя это не волнует, - спешит перебить, пока я отчитывать не начал. – И это было против твоих желаний.