Рискованная игра

О да, именно обожающей, или о длительных отношениях не может быть и речи, ни в коем случае!

Он уже проделывал это раньше и сумеет добиться снова.

Взрыв дикой ярости застал его врасплох, вал злобы накатил с такой силой, что он едва не врезался в идущую навстречу машину. Он скрипнул зубами, опустил глаза и, увидев, что чуть не раздавил рулевое колесо, вынудил себя расслабиться. Столько времени и усилий выброшено на ветер! Потрачено зря! Он создал идеальную подружку, и когда она умерла, его скорби не было предела."

"Ему совсем не улыбалась мысль снова искать и дрессировать ее достойную преемницу, но больше откладывать невозможно. Скоро придется начать все заново, даже если это означает тщательную и бесконечно долгую подготовку. Придется позаботиться о каждой мелочи, каждой крошечной детали. И расследование. Скрупулезное расследование. Прежде всего необходимо узнать о ней все, буквально все. Кто ее родные и друзья, кто ее хватится, кому она до лампочки. Потом следует создать вокруг нее мертвое пространство, поссорить со всеми близкими людьми. И только когда он наконец увезет ее, начнется настоящая работа. Ей предстоит сидеть под замком и подвергаться медленному, мучительному процессу тренировки. День и ночь. Ночь и день. Он будет жесток и неумолим, пока она не станет той, которая ему нужна. Да. Тут не избежать боли, мучительной боли, но она поймет и простит его, как только он ее укротит и превратит в идеальную союзницу. Ту, которая будет боготворить его. Ноги целовать.

Он поморщился и тряхнул головой. Черт, он так и не успокоился, не пришел в себя. Ярость медленно накапливалась, терзала внутренности, как сотни голодных пиявок. Нет, так нельзя. Он не имеет права давать волю злобе. Не сейчас.

Он глубоко вздохнул и попытался думать о чем-нибудь приятном.

Маленькая Тиффи оказалась такой же доступной, как выглядела. Ее не пришлось даже уговаривать забраться в его фургон. Нет, она тут же распахнула дверцу и впорхнула внутрь, задрав юбку по самое некуда. Хотела показать, что не носит трусиков. Никакой скромности. Господу одному известно, какую заразу она уже успела подцепить. Ему пришлось мыться три раза, чтобы избавиться от ее вони.

Кстати, нужно рассказать интернетовским приятелям, что резать шлюх вовсе не такой уж кайф, как они воображают.

А как она ругалась, умоляла, грозила! И все зря! Ничего у нее не вышло.

Конечно, он тащился, разделывая девку, но все-таки не испытал настоящего упоения победой, истинного восторга, которого ему так недоставало теперь. Понятно почему. Нечистая тварь!

– Эй, зеленые глазки, поиграем вдвоем… О Господи, как противно начинать все снова! Как он это ненавидел! Столько времени! Столько труда!

– Успокойся, успокойся, – прошептал он.